Его величество не прогадал, вложив столько сил и средств в отпрыска покойного лорда Магнуса. В результате он получил верного соратника, компетентного советника, блестящего дипломата и – чего греха таить – хорошо натасканную ищейку, мимо глаз и ушей которой ничто не проходило незамеченным. Хранитель Тайной печати – должность, смысл которой для большинства представлялся довольно расплывчатым, хоть и предполагала наличие этой самой печати, на самом деле означала только одно: разузнавать, выслеживать, вынюхивать… а если понадобится, то и карать – с позволения государя, разумеется, и в его личном присутствии. Ивара даже иногда за глаза называли королевской гончей, что в общем-то его ничуть не расстраивало. И, пожалуй, нравилось гораздо больше, чем прозвище Бескостный, прилепившееся к советнику его величества из-за умения проникать во все щели и ужом выворачиваться из самых запутанных ситуаций. Коих, учитывая специфику его службы, всегда хватало. И к которым он уже за столько лет привык.

Но к тому, что сейчас хотел от него король, Ивар был совсем не готов.

– Ваше величество, – с непониманием глядя на правителя, сказал он, – но клана Мак-Лайон нет! То есть нет как такового, как определенного количества людей, способных оказать помощь короне! Мак-Лайоны кончились еще двадцать лет назад.

– А ты?

– А что я? – пожал плечами советник. – Вождь без клана? Полководец без армии? Мне нечего, точнее, некого предложить вам, сир. Несколько боеспособных молодцов, что остались от соратников отца, мир его праху, династию не спасут. Даже если очень захотят. Да и лет им уже, простите…

– Честно говоря, друг мой, я немного не это имел в виду, – сказал Кеннет. – Разумеется, то, что осталось от Мак-Лайонов, не только не представляет собой надежный щит, но и полноценным кланом считаться не может. Я надеюсь, ты не…

– Не обиделся, – улыбнулся Ивар. – Это я и сам знаю. А если бы вдруг позабыл, то мне бы живо напомнили. Желающих у нас при дворе много! Так что же вы все-таки хотите от меня, ваше величество?

– Верни себе статус, – коротко высказался Кеннет Мак-Альпин. – Стань полноценным вождем полноценного клана. Тогда остальные будут считаться с тобой, а следовательно, и со мной тоже.

– И как вы предлагаете это сделать? – наморщил лоб Ивар. – Для этого нужны люди. Где я их возьму? Набирать наемников – плохая практика, да и казны вашей, сир, не хватит, не говоря уж о моих скромных доходах!

– Есть выход попроще. Объединись с другими.

– Другой клан? Под моим именем? И как вы это себе представляете?

– Очень просто. – Король Шотландии посмотрел в глаза своему советнику. – Выгодный брак. И как можно скорее. Пока по всей стране не разнесся слух о нашем бедственном положении. Союз с каким-нибудь достаточно сильным семейством Лоуленда даст тебе и людей и статус.

Ивар молчал, глядя себе под ноги. Кеннет выдержал паузу, необходимую, по его мнению, для осмысления советником такого дерзкого предложения, потом помялся и спросил:

– Или у тебя кто-то есть на примете? Скажи сразу, тогда попробуем решить вопрос как-то по-другому.

– Ни в коем случае, – отрезал хранитель Тайной печати. – Это самый лучший и в общем-то единственный выход из создавшейся ситуации. Даже если бы у меня и был кто-то, как вы выразились, «на примете», это бы ничего не изменило. А раз никого нет, то в се складывается еще проще. Я не о том задумался, сир. Я размышляю – кто? Само собой понятно, что отказать мне никто из наших равнинных лордов не посмеет – при вашем-то личном участии! Но выбрать самое подходящее семейство? Бойды – не так многочисленны. Дагласы – те и между собой все время грызутся, да так, что куда там хайлендерам. Разве что Гордоны… – Тут он задумался. – Гордоны более чем подходящий клан, да только их влияние распространяется исключительно на Лоуленд, и союз с ними сильно подпортит нам отношения с Гамильтонами, которые пускай и не имеют такого веса здесь, зато имеют много верных сторонников в Нагорье. Но выбирать придется кого-то из них, это самые влиятельные семейства Равнины. А мне не нравится ни тот ни другой вариант.

– Ты ни о ком не забыл? – вкрадчиво поинтересовался государь.

– Вроде бы нет, – поднял голову Ивар.

Кеннет усмехнулся:

– Ты выбирал по древности рода и положению. Это не главное. Выбирать надо по силе. А сила не только в количестве земель, родословной и годовом доходе. Связи. Вот что нам нужно.

– Я так смотрю, у вас уже есть подходящая кандидатура? – хмыкнул советник. – Так бы сразу и сказали, сир. И кто же? Кого я пропустил? Мне уже просто интересно!

– Имя Вильям Максвелл тебе что-нибудь говорит?

– Максвелл… – Ивар наморщил лоб. – Максвелл… Погодите… Торговец?!

– Он самый, – удовлетворенно кивнул Кеннет. – И не делай такое лицо, это пускай наши спесивые лорды брезгуют родством с торговцами. Да, у него нет титула, да, в Лоуленде его считают удачливым выскочкой. Но весь Файф [4] так или иначе принадлежит ему. А еще семейство Максвеллов контролирует залив Форта. Это прибрежный район, Ивар! Ты понимаешь, что это нам дает?

– Попробую понять. – Советник прищурился, раздумывая, потом ухмыльнулся и, глядя на короля, принялся загибать пальцы: – Форт в районе Файфа впадает в Северное море. Это раз. На море сейчас господствуют норманны. Более того, острова и прибрежные районы Шотландии тоже по большей части под их сильным влиянием. Это два. Торговля… Укрепление связей с Нормандией… А еще если вспомнить…

– Что ты там бормочешь? – устав вслушиваться в невнятное мычание хранителя Тайной печати, спросил Кеннет.

– Это я думаю вслух, сир.

– И что именно ты думаешь?

– Что мой будущий тесть очень дальновидный человек, – с широкой улыбкой ответил Ивар. – Как и вы, сир. Я теперь окончательно вспомнил, что слышал об этом Максвелле. Он торгует с норманнами, и не только с ними, а за право быть единственным перекупщиком на побережье берет у них товар в разы дороже, чем остальные. Поэтому «остальных» практически нет. Все торговые корабли сразу сворачивают в залив и швартуются в Файфе. Ничего не слышал о размерах его состояния и количестве людей в его клане, но, исходя из того, что я знаю лично о нем, человек он весьма небедный! А уж если вспомнить про норманнов… Налаженными деловыми связями они рисковать не любят, терять проторенную дорожку сбыта товара им тоже невыгодно. Если мы получим поддержку с этой стороны, а мы ее получим, если моя информация верна…

– Другой у тебя не бывает, – уголками губ улыбнулся король Шотландии.

– …то в этом случае, – закончил Ивар, не отвлекаясь на похвалу, – против такой силы Хайленд не полезет! Великолепный план, ваше величество. Я его полностью поддерживаю.

– Вот и прекрасно, – живо откликнулся Кеннет. – Теперь детали. У Вильяма Максвелла есть дочь. Единственная.

– И никто еще не позарился на такое приданое?

– Ну… – замялся его величество, – во-первых, ты же знаешь наших лордов: родство с торговцами они считают жутким мезальянсом…

– Полноте, сир! – расхохотался советник. – Когда речь идет о таких деньгах, цвет крови не играет никакой роли! Думаю, ни один из наших благородных, но сильно поиздержавшихся лордов не отказался бы от столь жирного куска пирога.

– Тут ты прав, – согласился правитель. – Желающих было много.

– А почему «было»?

– А потому, что уже рукой махнули. Всем отказывают.

– Папаша ищет партию получше?

– Понятия не имею. Но вероятнее всего, да. И, я надеюсь, ты его впечатлишь. Потому что…

– …другого выхода у меня нет, – хмыкнул Ивар. – Я приложу все усилия, ваше величество. Если, разумеется, вы приложите все остальное!

– Само собой, – кивнул тот. – Сегодня же напишу Максвеллу и попрошу для тебя руки его дочери. Взять с тебя, может, и нечего, но лэрд [5] Вильям – человек умный. И дальновидный, как ты сам заметил. Королю он не откажет. О чем ты задумался?

вернуться

4

Ф а й ф – область Шотландии на побережье Северного моря.

вернуться

5

Л э р д (англо-шотл. laird – землевладелец) – представитель нетитулованного дворянства в Шотландии.