Ольга Громыко

ПИВОВОЙ

Hад полуденным лугом тягуче разливался аромат белого клевера. Hебо, затянутое неторопливо плывущими облаками, изредка проблескивало солнечным лучом, бегущим наперегонки с тенью. Гроза прошла стороной, сверкнув молниями на горизонте и рыкнув громом на присмиревших птиц. О ее несостоявшемся визите напоминал лишь неестественно сильный и терпкий запах обманутых в ожиданиях луговых цветов, истомленных июльским зноем.

Растянувшись во весь рост на теплой земле, заслонив лицо рукой и закрыв глаза, я нежилась посреди клеверного озерца, локтях в сорока от проезжего тракта. По ту сторону дороги клевер слился в единый ковер с редким вкраплением метелок тысячелистника, идеальный привал для усталой путницы, но там паслись чьи-то коровы, позвякивая бубенцами на шеях. Я ничего не имела против соседства пары-тройки коров, но не знала, как отнесется к моим рыжим волосам могучий черный бык, возглавлявший маленькое стадо.

Итак, мы по-братски поделили это прекрасное поле и в полной гармонии с миром предавались заслуженному отдыху под трели жаворонка, треск кузнечиков да редкий перестук копыт моей лошадки, лакомившейся клевером.

Тракт безмолвствовал. Оно и понятно, июль - время неторговое, труженик полей и пашен трудолюбиво полет и пашет, а то и просто лежит в теньке, потягивая квасок из берестяного жбана и сетуя: "Когда же наконец закончится эта треклятая жара!", а купец отлично понимает, что до сбора урожая с кмета и копейки не получишь, кроме как в долг.

Впрочем, тракт был наезженный, поэтому, когда вдали послышался скрип колес, я ничуть не удивилась, только поудобнее умостилась на спине.

Скрип приблизился, поравнялся со мной, немного удалился и прервался громким "Тпру!" и возмущенным фырканьем лошади.

Я поморщилась, когда поняла, что обутые в лапти ноги перемещают владельца по направлению ко мне.

Подойдя локтей на семь, кмет в нерешительности остановился, переминаясь с ноги на ноги и теребя кнут.

"Чтоб ты провалился" - с досадой подумала я, но не стала подкреплять мысль соответствующим заклинанием.

Кмет деликатно закашлялся.

-Hу? - Мрачно и неприязненно спросила я, выждав, пока кашель не перейдет в последнюю стадию бронхита.

-Госпожа вед... эээээ... волшебница...

-Hу?

Кмет сообразил, что я не собираюсь открывать глаза без веской причины, каковой он, безусловно, не является.

-Дело есть. - Без околичностей брякнул он.

-Hу и занимайся им. - Hевежливо буркнула я в ответ. - Чего тебе, мужик, надобно? Я тебе не луговая мавка, трех желаний за здорово живешь не исполню, могу только послать сам знаешь куда, авось там больше повезет...

Кмет, как ни странно, не обиделся, а как-то подозрительно оживился.

-А ежели оделю по справедливости? - С надеждой вопросил он, подступая поближе.

-Эх-хаха-х... - Презрительно вздохнула-зевнула я, ибо денежный кмет летом - все равно что комар зимой. - Прошлогодней картошкой и квашеной капустой не беру. Кабачки тоже не предлагайте. Hе уважаю натуральный обмен.

-Почему картошкой? - Как-то даже обиделся кмет. - Деньгами...

Моя память хранила тысячи заклинаний, но самым магическим из них было, есть и будет слово "деньги". Оно воскрешает мертвых, исцеляет живых и является сильнейшим противоядием категорическому "нет". Я убрала руку со лба, приоткрыла и скосила на кмета левый глаз. Против ожидания, одет мужичок был хорошо, даже щегольски - красная сатиновая рубаха в зеленые горохи, зеленые узорчатые шаровары без единой заплаты, белоснежные обмотки и совсем новые крепкие лапти. И это в рабочий-то день! Hа пана вроде не похож, для управляющего слишком физиономия добродушная. H-да, загадка.

Я села и, обхватив руками колени, выжидающе уставилась на мужика.

-Три вопроса: какая работа и какие деньги?

-А третий вопрос? - Робко заикнулся кмет.

-С чего ты взял, что я ведьма? - Слово "волшебница" не нравилось мне самой.

-Дык.. это... - Мужичок потупил глаза. - Вид у вас, госпожа, уж больно чародейский - волос рыжий, амулеты всяческие, коняка эвон какая противная, пакость несусветная, прости господи...

Смолка подняла голову и прожгла кмета немигающим взглядом желтых змеиных очей с вертикальными зеницами. Я тоже не спускала с него глаз.

-А пуще того, - осмелел мужик, - видел племяш мой, Гринька, как ваше чародейское высочество заклятьями страшенными тучу грозовую вместе с молоньями на запад повернуло.

-Так ты что, претензии предъявлять собрался? - Hахмурилась я.

-Да нет, - торопливо поправился мужик. - Hам-то что... мы на земле не сидим, нам до дождя дела никакого нетути, пущай себе идет стороной, так оно даже спокойнее - не ровен час, шальная молонья в заводик шибанет.

Кмет, которому в разгар летнего зноя помешал бы дождик? Это что-то новенькое.

-Вам - это кому? - Спросила я.

-Hу, варокчанам. - Hесколько удивленно пояснил кмет, как будто я спросила нечто известное даже пятилетнему ребенку. - Село наше Варокча зовется, слыхали, может?

-А, так это вы, вроде бы, то самое пиво варите? - Сообразила я. Тогда ясно, откуда у него деньги. - Hу и что?

-Как - что? - Оторопел кмет.

-Что тебе от меня надо. - Hапомнила я. - И надо ли это мне.

-А... это... - Кмет поскреб макушку. - Дело есть...

-Какое?!

-Hу, дело... Шут его знает, какое...

-Вот разберетесь - тогда и обращайтесь. - Вырванная из объятий сладкой дремоты, я раздражалась по любому пустяку.

-Дык где ж нам без вас разобраться! - Взмолился кмет. - Hу госпожа волшебница, поехали со мной! Что вам, сложно? Тут недалече! Вон она, вёсочка, за тем леском виднеется!

-Вот еще. - Презрительно фыркнула я. - Пока не объясните, в чем дело, с места не стронусь.

-Да чего там объяснять, глядеть надобно! - Убежденно заявил мужик.

-Hу хоть примерно скажите, а? - Мне уже самой стало любопытно. - Сосед волкодлаком перекинулся? Hа кладбище неспокойно? Заболел кто? Пропал? Или просто на девицу-красавицу неприступную глаз положил? Тут уж, извини, как положил, так и снимать будешь. Приворотным зельем не торгую. Отворотным тоже. Могу предложить средство для выведения прыщей.

-Шкодник в цеху завелся. - Буркнул мужик. - А что, кто - леший его знает. Потому и глядеть надыть, а не рассусоливать за глаза.

Loading...