Ты (не) мой идеал - Наталия Ладыгина

Глава 1. Одержимость — не порок, или Внезапное столкновение

Не могу поверить, что с тех пор прошло целых десять лет. Смотрю на себя в зеркало этим ранним утром и вижу что нескольки постарел с тех пор. Нет седых волос, но глаза такие, будто всю жизнь прожил, нет прежнего блеска. Мир для меня, посерел в одночасье. Прежде, не замечал за собой особых изменений, но именно сейчас я решил остановиться и взглянуть на себя. Лучше бы я этого не делал. Согласен, у всех есть то, что хочется забыть, но в моем случае это фатально. Забыть это невозможно, несмотря на прожитое время. Поэтому живу тем, что притупляю свою боль так — как могу, без риска разбить своё сердце в очередной раз. Лучше ничего не чувствовать.

Никаких серьезных отношений, никаких обязательств, лишь продолжать жить так, чтобы не задевать свои чувства. Нет определенной жизненной цели, лишь работа, которую я никак не могу назвать смыслом своей жизни. Утешаю себя тем, что есть те, кому сейчас гораздо хуже меня. Чёрт, не люблю я себя жалеть, но сейчас что-то нашло на меня. Вообщем, веду себя как размазня. Иногда мне просто необходимо прокрутить это в мыслях, это действует как второе дыхание или же глоток свежего воздуха, после которого я могу целый год не вспоминать и не терзаться.

И снова хочется выпить, но я сдерживаюсь. Может всё по новой начаться, а этого я допустить не могу. Не вижу смысла убивать себя, потому ограничиваюсь лишь сигаретами. Я мог бы навестить Амелию и снова забыться, но понял, что не хочу её видеть. Ни сейчас, ни потом. Хотя раньше всегда искал отдушину когда мне было плохо, а когда мне было более или менее, то я не хотел её видеть. К черту эту жизнь, полную безразличных мне людей. Я должен закончить эти бессмысленные отношения в очередной раз. Каждый раз ничего не получается, потому как человек не по душе, несмотря на сногшибательные данные. На одной из них я чуть не женился, но когда увидел и прочувствовал этот гнилой фрукт изнутри, то даже желание отбило думать о будущем бракосочетании с кем-либо. Меркантильность и подлость — никогда не вызывали у меня доброжелательности. Про себя знаю, что я тот еще фрукт со скверным характером и холодной речью, что они вообще во мне находят? Знаю в какое чудовище превратился за эти годы, и знаю что это безвозвратно, но сил и желания меняться — у меня нет. Слишком поздно.

В свой единственный выходной отправился к матери, что жила в пригороде. Только она была для меня светом, который я боялся потерять. Это всё, что у меня осталось. Она меня понимала, но в то же время осуждала. Не говорила прямым текстом, но я слушал между строк и делал свои выводы. Слабоумием никогда не страдал.

— Леон, ну что с ней не так? — простонала мама, поставив чашки чая на стол. — Я видела эту девушку краем глаза, но мне она показалась милой. Мог бы и познакомить. Ты так её быстро выпроводил.

Мама была уже готова кого угодно принять, лишь бы я не был один. Других детей у неё не было и она боялась остаться без внуков. Я её конечно понимаю, но боюсь её мечты останутся лишь мечтами. Не собираюсь я жениться и заводить семью, лишь из-за того что так положено в обществе.

— Я не хотел, чтобы ты её видела, — сухо ответил я, чуть улыбнувшись матери. — Она тогда без приглашения ко мне заявилась на работу. Ты должна понимать, что мне это не понравилось. Она ослушалась меня.

Не понравилось — это мягко сказано. Пришла прям на совещание, лыбилась во все тридцать два зуба и думала что это скрасит её положение. На самом деле я поступил корректно. Вежливо выпроводил и обещал позже позвонить, что я и сделал потом. Амелия бывает чертовски мила, когда я начинаю злиться. Это работало до определенного времени.

— Ты сухарь, — вот это заявление со стороны матери меня чуть смутило или даже удивило. Она бы еще бездушным меня назвала. Чёрт, а может так оно и есть? — Я начинаю бояться за твоё будущее. Только не злись. Я понимаю ты занятой человек, у тебя есть работа и что всё у тебя хорошо, но…

Я не знаю почему она остановилась, не останавливал же. Думаю мы оба знали что она хотела сказать. Иногда мне казалось что я читаю её мысли. Очень её заботила моя судьба. Понять могу, она же мать. Но если честно, это начинает накалять. Сам решу, что делать со своей жизнью.

— Я понимаю о чем ты, — сделал глоток мятного чая. — Мы это много раз обсуждали. Пойми мам, всё это происходит не из-за того, что случилось десять лет назад, — пытался я её успокоить, немного слукавив. Ведь кто сгорел, того уже не подожжешь. — Дело во мне. Я так хочу. Меня не привлекает брак и семейная жизнь. Не знаю изменится ли это, но сейчас будет именно так, — произнес свою речь утвердительно, чтобы уже закончить этот разговор.

Не думал, что нам снова придется говорить о прошлом. Я очень люблю свою мать, но стал навещать её гораздо реже именно из-за этих разговоров. Каждый раз одно и то же. Заело пластинку.

— Ну, я очень надеюсь что ты пересмотришь это, — улыбчиво отозвалась мама. Она была всегда понимающим человеком, но и упертой как я. Всё равно ж не отстанет. Временное затишье и только. — Ты ещё молодой. Каких-то тридцать пять лет. Самый лучший возраст для мужчины, — любила она подбадривать меня. Она искренне считала, что я в этом нуждаюсь. Разве что от неё.

— Тридцать четыре, — уточнил я зачем-то.

— Ну прости, не хотела тебе прибавлять, — белозубо улыбнулась мама, взяв меня за руку. — Спасибо что заехал. Я очень скучаю.

— Я тоже, мам, — в любом случае несмотря на разговоры о моей личной жизни, я был рад её видеть. — Ты знаешь, я ненадолго. Ещё есть кое-какие дела, — медленно поднялся со стула. — Я позвоню, мам.

Мама как всегда отправила меня в путь с кучей наставлений, чтобы дураком не был и вел себя хорошо. Всё как в детстве. Никогда не был маменьким сыночком, но сейчас им чувствую. Вот парадокс.

Работать в выходные было моей стихией. Хоть и на дому, но мне просто хотелось хоть чем-то занять мозги. Встречаться с друзьями не хотелось. Нужно было выспаться перед работой. Я стал как старик ложиться ровно в десять. Так привык к этому, что глаза сами по себе закрываются. Дальше следуют ночные кошмары, ночные звонки от Амелии и не доброе утро. Ровно такая последовательность изо дня в день — последних пять лет точно.

Ехать на работу по пятой авеню в понедельник — сущий ад. Пробки застилают город еще до начала часа пика. Ну что поделать. Пунктуальность моя положительная черта. Не терять хотя бы это качество. Звонок по дороге от коллеги по работе совсем сейчас был не кстати, но ответить было нужно.

— Макс, я уже еду, — начал разговор с этого. Не любил я эти банальные: "доброе утро" или "как дела?" — Двадцать минут и я буду на месте. Макеты у меня.

— Босс сказал что совещание будет только через полчаса, поэтому можешь не торопиться, — с усмешкой, сказал Макс. — Но признаться, он не в духе. Наверное опять поссорился со своей стервой, — да уж, я прям мечтал послушать эти сплетни.

— Меня его личная жизнь не интересует, — сухо отозвался я, не став приобщаться к обществу сплетников. Порой думаю что работаю с бабами. — Лучше скажи, мне кто-нибудь звонил?

— Да. Много кто, — лучше бы с этого начал. — Могу огласить полный список.

Именно в этот злосчастный момент у меня выскользнул телефон из рук и упал к педалям машины. Я быстро выругался и полез его доставать. К счастью, передо мной не было машин и я медленно продолжал ехать.

Поднял телефон и резкое столкновение с правой дверью. Это снова заставило меня выронить телефон из рук. Поворачиваю голову направо и вижу человека в мотошлеме прижатого к стеклу двери. Это была девушка, потому как из под шлема были видны длинные прямые темно русые волосы. Еще секунда и она падает на землю. Видно выскочила из поворота не посмотрев на знак.

Проклятье! Я забыл про телефон и про Макса, который ждал ответа. Быстро отстегнул ремень безопасности и выскочил из машины. Девушка лежала рядом с мотоциклом и не подавала признаков жизни. Встал на колени и снял с неё шлем. Чёрт, совсем молодая. Возможно даже нет восемнадцати.