Дворец Кощея оказался поистине огромен. Эхо наших шагов гуляло по длинным холодным коридорам, гулко отражаясь от стен, сложенных из грубо отесанного камня. Путь освещали факелы, горевшие странным красноватым и бездымным пламенем. Они были вставлены в специальные держатели со стилизованными черепушками не слишком часто, и в коридорах царил этакий инфернальный полумрак.

А за узкими стрельчатыми окнами и вовсе стояла темная, безлунная ночь. Мне удалось рассмотреть только острые шпили черных башен да редкие пятна таких же красноватых светильников в окнах. Все остальное скрывала кромешная темнота.

В общем, обстановочка не слабо так напрягала. Но я, стараясь не показывать вида, с максимально спокойным выражением на лице следовала за своим костистым провожатым.

Шли долго, так, что я даже не пыталась запоминать дорогу, сбившись еще на седьмом или восьмом повороте. Мы проходили роскошные залы, шли по узким извилистым коридорам, спускались по крутым лестницам. И главное, нам навстречу не попалось ни одной живой души… и неживой тоже. Замок был совершенно пуст.

С одной стороны, это, конечно, было приятно, ибо встречаться с нежитью не хотелось. А с другой – ненормально же, верно? Где, блин, все-то?

Я снова занервничала и, не выдержав, спросила:

– Слушай, а почему здесь так пусто?

Скелет обернулся, подождал, пока я поравняюсь с ним, и ответил, шагая рядом:

– Так ты же, царевна, сама не захотела никого видеть. Вот я и послал, значит, сигнал неслышимый, чтоб убрались все с дороги-то. Не к чему тебе волноваться еще больше.

Я хмыкнула, приятно удивившись такой предусмотрительности. Хорошего помощника отец выбрал. Еще бы внешность ему менее экзотическую, цены б Костопраху не было. Хотя, конечно, для царства нежити – самое то…

Блин, подумать только, я – дочь Кощея Бессмертного! В голове не укладывается!

Но это не сон. Это действительно так.

Только теперь я окончательно поняла, в какой ситуации оказалась. В нереальной, невозможной! Да как так-то? Кощей – нежить! И сказочный герой! Его в принципе существовать не должно!

Однако поди ж ты…

А затем среди эмоций изумления и шока появилась робкая радость. У меня, оказывается, есть отец! Неважно, как его зовут, главное – есть. Живой. Настоящий!

Для меня, всю жизнь считавшей, что родители погибли, эта новость казалась еще одним чудом. Интересно, как он выглядит? А если скелетом, как Костопрах? Бр-р…

От жутковатого предположения я вздрогнула. Родственников, конечно, не выбирают, но тем не менее принять отца таким будет весьма сложно.

Впрочем, я постараюсь.

«Надо будет попросить Костопраха после сокровищницы портрет Кощея показать, – решила я. – У него ведь есть портрет, верно? Хотя бы один? Так хоть заранее морально подготовлюсь к встрече… А вообще, я же нормальная получилась? Значит, все не так и страшно. Верно?»

Я пыталась рассуждать, хотя в голове царил настоящий сумбур из эмоций и мыслей. И вряд ли бы хоть кто-то на моем месте чувствовал себя иначе.

Что делать дальше? Как себя вести? Как вообще реагировать на все происходящее? Радоваться? Безусловно! Бояться? Тоже, видимо, стоит…

А мы тем временем спускались все ниже и ниже.

– Сокровищница Кощеева в подвалах расположена, – подводя меня к очередной лестнице, решил объяснить Костопрах. – В один зал все золото не уместилось бы. А так, под замком, лежит себе уютненько.

Ого! Учитывая размеры этого дворца, сколько же Кощей нахапал?

Я почувствовала, как руки начинают трястись мелкой дрожью.

«Это от холода! – твердо сказала я сама себе. – Не от жадности!»

Наконец, миновав, как оказалось, последнюю и самую длинную лестницу, мы очутились перед огромной кованой дверью.

– Тут и есть вход в сокровищницу, – с почтением сказал скелет, подавая мне небольшой ключ, выполненный не без изящества и украшенный драгоценными камнями.

Я взяла его и подошла к двери. Осмотрела ее и обернулась к скелету.

– И как ее открыть? Ни ручки, ни замочной скважины.

– А ты, царевна, ладонь-то свою в самый центр положи, все и появится.

Гм, ладно. Я протянула вперед левую руку и прижала ладонь к холодному металлу двери.

Мгновенный укол холода ударил столь неожиданно, что я вскрикнула и отдернула руку. Хотела было обернуться к Костопраху, высказав ему все, что я думаю о таких вот шутках, но…

Прямо в центре двери засветился мертвенно-синим отпечаток моей ладони. Через мгновение от него по всей поверхности с небольшим шипением разбежались струйки голубого света, на мгновение ярко осветив все вокруг. А потом в центре отпечатка открылась замочная скважина.

– Вот сюда ключик и вставляй, – раздался сзади голос Костопраха, почему-то весьма довольный. – И не бойся. Охранительные чары тебя признали, так что можешь смело входить.

– Еще одна проверка? – нервно уточнила я.

– Так положено ведь, царевна, – извиняясь, развел руками скелет.

И вот даже думать не хочу, что бы случилось, будь я вором…

Сглотнув, я поборола запоздалый страх, вставила ключ и повернула его. Что-то громко щелкнуло, дверь вздрогнула и начала сама собой медленно отползать вбок.

Выпустив ключ, я замерла, во все глаза глядя вперед. Однако за дверью царила абсолютная темнота.

Я обернулась к Костопраху, но тот лишь махнул рукой – иди, мол.

Ладно, не отступать же теперь. Я перешагнула порог, и тьму озарил сначала один огонек где-то сильно высоко, потом еще один. Огоньков становилось все больше и больше. В сокровищнице посветлело, и когда я смогла видеть, застыла. Здесь было золото. Очень много золота. Золота здесь было до фигища!

Оно лежало кучами… Нет, грудами! Холмы и холмики золотых монет и слитков, драгоценности, посуда, какое-то оружие. Открытые и закрытые ларцы и сундуки, а еще кувшины, сумки и свертки. Все это сверкало и переливалось в свете волшебных огоньков, которые освещали сокровищницу все ярче и ярче. И края этой сокровищницы я не видела, он терялся где-то вдали.

Уау!

– И это все мое?! – вырвалось само собой, хрипло и пискляво, поскольку во рту разом пересохло.

– Да, царевна, – подтвердил Костопрах.

– Знаешь, теперь я готова поверить во все, что ты говорил, – пробормотала я. – Даже если это затянувшийся сон, меня не будите.

– Да какой тут сон, царевна. Хочешь спуститься?

С трудом преодолев оцепенение, я посмотрела под ноги. Оказывается, мы стояли на небольшой площадке, огороженной перилами. Вниз, прямо к золоту, вела небольшая лестница.

Сглотнув, я взяла себя в руки… В весьма трясущиеся руки, надо сказать, и кивнула.

– Конечно, хочу!

Надо же самой оценить размеры доставшегося мне богатства!

Перед глазами замелькали, словно в калейдоскопе, собственный замок на юге Франции, личный остров на Гавайском архипелаге, огненно-красный «феррари» с непременно открытым верхом, небольшая элитная конюшня и белоснежная яхта.

Я тряхнула головой, отгоняя видения, вслед за скелетом спустилась вниз, и мы неспешно пошли по сокровищнице, вкусно хрустя золотом под ногами.

Монеты, мелкие слитки и украшения с дорогущими самоцветами устилали пол сплошным ковром. А вокруг вздымались еще холмы драгоценного металла. Глаза начали уставать, и я проморгнула выступившие слезы. Теперь я точно знала, что такое золотая лихорадка. Осталось понять только одно: как бы все это переместить в мой мир? Со мной в придачу, естественно.

Вопросы у налоговой? Я пренебрежительно фыркнула от этой мысли. Какой налоговой? Заверните мне весь Кремль, пожалуйста. А на сдачу положите правительство.

– А вот сюда, значицца, мы складываем налог от Тьмутараканьского королевства. Вон уже куча какая! – вещал меж тем Костопрах. – А здесь батюшка твой изволил камушки самоцветные держать, что Царь Морской ему в подарок присылал, пока они не поссорились. А вот тут, изволь видеть, за энтим золотым холмиком, оружие раскидано. Ох, разложено, я хотел сказать, разложено! Сообразно Кощееву вкусу. Тут и мечи, и секиры, и кинжалы яхриманские. Все честь по чести – в золотых оправах да самоцветными каменьями украшены. Кстати, украшений тут количество несметное, и потому лежат они уж где придется, не сортированные…