Пролог.

Вечернее мягкое солнце неожиданно опустило яркие лучики к самой земле, пробившись сквозь появившиеся редкие разрывы в плотных облаках. Самое начало осени ознаменовалось холодной погодой и продолжительными дождями. И, судя по заметному изменению облачности — мокрый и холодный период обещался ненадолго смениться неделькой 'бабьего лета'. Все уже успели позабыть про летний изнуряющий зной и с большой радостью подставляли лица под тёплые солнечные лучи. Две недели, всего две недели дождей, а как резко всё изменилось. Многие сталкеры уже опухли от скуки и посинели от водки. Ходить за хабаром по большой сырости опасно. У электрических аномалий заметно растёт радиус поражения, многие химические же становятся практически незаметными. На них даже детектор в КПК перестаёт реагировать. Зверьё ведёт себя тихо-тихо, порой подпуская на расстояние короткого молниеносного броска. Только самые прожженные топтатели Зоны выбираются в такую погоду из укромных убежищ прогуляться по окрестностям. Ну и ещё бесшабашные новички, просто не подозревающие о грозящих им многочисленных опасностях. К счастью в деревне Грязево за болотами новичков нынче хорошо натаскивали опытные наставники, потому обошлось без вполне 'естественного' отбора прямо на моих глазах. Вот сейчас Гриня Охотник на пару с Санитаром учит народ уверенно ходить по самой границе поля аномалий. Это ведь куда полезнее, чем пытаться вытащить оттуда дешевый артефакт с большим риском для жизни. Да, они и это пытались проделывать в самом начале, однако те попытки едва не привели к трагедии. После чувствительной встряски со стороны потревоженных аномалий, Гриня Охотник признал то поле абсолютно бесперспективным по хабару. Я только ухмылялся и тёмными ночами наведывался к самому его центру, вытаскивая оттуда народившийся 'металл' и ещё редкие 'огненные шары'. То по одному, а то и сразу парочку после очередного выброса. Чего-либо более ценного или полезного пока там не нарождалось. Для тех 'шаров', 'угольков' и 'сгустков пламени' из моих запасов тоже нашлось активное применение, ибо с холодом и вездесущей сыростью народу приходилось активно бороться. К тому же всё свободное от сна и обучения сталкерскому мастерству время у него уходило на подготовку к зиме. Требовалось расчистить и укрепить старые подвалы и погреба. Где-то же нужно держать запасы продовольствия и прятаться от постоянно усиливавшихся выбросов. Хоть после совместных бдений под мою гитару народ и получил достаточный запас стойкости, однако о сём факте я им намеренно забыл сообщить. Потому надёжные убежища стояли для них на первом месте. Вдруг ещё один агрессивный вертолёт прилетит. После погребов пришел черёд и старых домиков. Несмотря на почтенный возраст, деревенька относительно хорошо сохранилась. Когда-то давно на месте нынешнего болота был большой речной залив. Его крутой берег считался весьма удачным местом для поселения. Со временем залив заилился и превратился в непролазное болото, но деревенские жители приспособились к изменившимся условиям. И только после появления Зоны им пришлось покинуть свои дома, оставив их учёным, залётным бандитам, а теперь вот и сталкерам. И чтобы успешно перезимовать, тем требовалось привести старые жилища в относительный порядок, заделав дыры в стенах и крышах, а также вычистив и восстановив печки. С дровами в ближайшей округе всё плохо. Они растут в достаточном количестве только на другой стороне болота, откуда их хрен натаскаешься на своём горбу. А потому вместо дров с моей подачи предполагается использовать артефакты термических аномалий, благо я ими хорошенько запасся. Натурные эксперименты показали вполне удовлетворительные результаты, и теперь все печки переделывались под новый тип бесконечного в Зоне топлива. Плюс к тому все временно свободные руки мастерили походные плитки для приготовления еды на основе артефакта 'уголёк' и двух 'каменных цветков', в перспективе предполагая выставить их на продажу. Это ведь гораздо выгоднее, чем сдавать рядовые артефакты торговцам за сущий бесценок. К тому же сейчас со всеми торговцами возникли заметные проблемы. Даже Сидорович разводит руки в стороны, когда разговор заходит о чём-то большем, чем водка и рядовые консервы. Движения со стороны внешнего периметра Зоны практически нет. Все тропы для контрабанды теперь надёжно перекрыты. На горизонте уже маячит перспектива перехода на самообеспечение, начиная с еды, патронов и кончая необходимой электронной техникой, а также остальным снаряжением. Походу, внешние силы решили взять нашего брата-сталкера долгим измором. Зря они так… здесь же Зона с её опасностями, чудесами и небывалыми возможностями.

— Всё опять мечтаете…? — В наступившей темноте мы с Ларисой решили присоединиться к собравшемуся у большого костра народу, внеся в общую копилку изрядный запас дровишек.

Уставшие за день ребята и девчонки, тем не менее, находили после заката в себе силы на философские разговоры и мечтания. О том, как они вскоре заживут и не только. Далеко в Зону почти никто из них пока носа не совал, зато уже наслушались баек о чудесах и страхах, теперь пересказывая их друг другу с неожиданно появляющимися всё новыми подробностями. Опытные наставники же сидели молча в сторонке с довольными ухмылками на лицах. И наше совершенно неожиданное появление из темноты неизменно вызывало лёгкий шок и повышенный интерес собравшейся вокруг костра публики. Даже охранник Михась часто терялся, ибо мы научились эффективно маскироваться от обнаружения за счёт его ментального чутья.

— Расскажи нам о 'Исполнителе Желаний'. Есть он или нет? — Обратилась ко мне невысокая девчонка со звонким голоском, заметно смутившись сразу же после заданного вопроса.

— А с какой целью интересуетесь? — Я откровенно усмехнулся. — Неужели так хочется обрести всё и сразу, причём без особых стараний? — Встречным вопросом я смутил девушку ещё больше, да и остальной народ малость озадачил, судя по их лицам.

— Да вот мы тут спорили о том, что можно, а чего нельзя загадывать тому самому 'Исполнителю Желаний'… - первым нарушил нарушаемую только треском прогорающих дров неожиданно возникшую тишину неформальный лидер всего этого коллектива Сергей.

— И до чего уже доспорились? — Мне стало интересно.

— Ну… — парень смутился, опустив взгляд к земле… — мы считаем, что нельзя загадывать ему чисто эгоистические желания. Нужно просить что-то для всех.

— Ага, 'счастья всем даром и чтобы никто не ушел обиженным', так? — Я снова усмехнулся.

— Так, — Сергей кивнул, а многие в мерцающем кругу бликов света явно выражали согласие с этой позицией, хотя находились и те, кто определённо считал иначе.

— Вы хоть задумывались над вопросом — 'а как этого счастья для всех достигнуть, если не прибегать к помощи тяжелых наркотиков'? — После моих слов опять возникла тишина, и лишь громкие щелчки прогорающих сырых дров в костре периодически нарушали её.

— В том-то всё и дело, что счастье оно для всех разное, — заметил кто-то из сидящих парней. — Нельзя всем угодить, — добавил он секунду спустя.

— А вот и нет! — Неожиданно встряла в разговор молчавшая до этого момента Лариса. — Хоть об этом и предпочитают помалкивать всякие там 'продвинутые' восточные гуру, достигшие вершин просветления, однако у счастья есть простая и понятная формула, — после её заявления снова возникла тишина — мало кто мог поверить таким словам.

— Да неужели? — Снова девичий голосок, похоже, настырная мелкая девчонка решила всерьёз поспорить с умудрённой жизнью женщиной.

— Неужели! — Твёрдо припечатала Лариса. — Вот скажи, что бывает, когда ты вдруг чувствуешь, что счастлива? — Обратилась она к той девушке.

— Не скажу! Вот! — Так же твёрдо ответила девчушка и густо покраснела, а сидевший вокруг костра народ дружно рассмеялся, хотя кое-кто явственно смущался и сильно стеснялся.

— Ладно, я не тот восточный гуру, потому не стану вас долго томить, а просто расскажу… — Лариса решила сжалиться над изнывающим от любопытства и нетерпения народом, да и мне — признаться, тоже хотелось получить ответ на поставленный вопрос. — Счастье — это всего лишь чувство, эмоция, возникающая в момент получения вами того, что вы так сильно хотели. И чем сильнее хотели — тем более ярким будет чувство счастья. Но, как и все эмоции, оно проходящее. Получив одно — вы вскоре снова захотите чего-то другого, а счастье уйдёт, бесследно испарившись. Такова уж природа человека, — вздохнула женщина.