Грэф проехал вперед и, посматривая в зеркало заднего вида, подождал. Девчонка старалась смотреть куда угодно, но только не на машину. Он не мог не обратить внимания на ее длинные, загорелые ножки и короткие джинсовые шортики. Сельская девчонка. Конфетка. Грэф опустил стекло, когда она проходила рядом.

— Произошло кое-что странное.

Девушка не ответила и прошла мимо. Держась от нее на небольшом расстоянии, он поехал рядом и продолжил:

— Я попытался вернуться к окружному шоссе номер какой-там-вообще-номер, но не смог. Есть идеи, что все это значит?

И вновь молчание. Грэф в очередной раз позволил ей пройти дальше и снова подъехал ближе. — Ты можешь сесть в машину или остаться на улице вместе с тем нечто, разрушившим заправку.

Она горько усмехнулась, не переставая идти.

— Тебе было плевать, когда ты бросил меня тут, думая, что сможешь убраться отсюда подальше и больше меня не видеть.

— Ну, да, — ответил он, подъезжая поближе. — Но только потому, что действительно собирался убраться отсюда подальше и больше никогда тебя не видеть… Почему план не сработал?

— Да ты настоящий джентльмен, — она покачала головой, продолжая идти. — Ты не можешь уехать, потому что Оноудерживает нас.

— " Оно"? — девчонка произнесла это слово как имя. С таким видом, словно все, что она сказала, было очевидным, и только Грэф был не в курсе. — Что ты имеешь в виду под " Оно"?

Девушка досадливо наморщила носик, словно когда-то давно проиграла битву и теперь не любила говорить об этом. С чем бы ни были связаны эти горькие воспоминания, ее голос стал чуть менее резким.

— Не знаю. Никто не знает.

— Так ты имеешь ввиду, что я… — нога соскользнула с педали газа, и автомобиль стал двигаться рывками. Грэф переключился на нейтралку. — Черт побери, сядь в машину! Это смешно.

К его удивлению, она обошла машину спереди и открыла дверь у пассажирского сидения.

— Собираешься подбросить меня домой или выкинуть на дороге чуть подальше?

Грэф проигнорировал вопрос.

— Ты сказала, что мне здесь понравится. У остальных те же проблемы, да?

— Нет. Ты первый, — это не было сарказмом. Она забралась на сидение и, подобрав длинные ноги, закрыла дверь. — Я и остальные заперты здесь, как в ловушке, но чужаки здесь никогда не останавливались.

Заперты. Да уж, звучит многообещающе.

— Никогда… То есть как долго?

— Пять лет, — она указала на грунтовую дорогу. — Поверни туда.

Грэф подчинился: находясь в замешательстве, он был способен только задавать вопросы и следовать указаниям. Совсем на него не похоже, поэтому он чувствовал себя не в своей тарелке.

— Целых пять лет никто не мог…

— Покинуть Пинанс или попасть в него. Ни отсюда, ни сюда. Ни у кого не было проблем с машиной, никто не останавливался на обочине, — она прикрыла глаза. — И ни одной скорой помощи.

— Итак, я первый человек, попавший в Пинанс, за последние пять лет? — с одной стороны дороги было невспаханное поле, а с другой находилось болото. — Что это?

— Город, — она посмотрела на него как на психа. — Небольшой, но все же город. Он был в ловушке последние пять лет. Никто не приезжал, никто не уезжал.

Это объясняло и отсутствие машин на дороге, и заброшенную заправочную станцию.

— Так что с тем " Оно", которого ты так боишься? Тем самым, что пыталось обрушить крышу здания на нас. Что это?

— Не знаю, — взгляд у девушки был отсутствующий, будто она не хотела об этом говорить. — Как и многие другие, я уже видела его раньше . Оноубивает. Не каждую ночь и не по какой-либо схеме. Некоторые встречались с ним лицом к лицу, но Оноих не тронуло, а других — зверски убило.

— Ладно, — он потер переносицу. — Но что это?

Девчонка посмотрела на него, как на идиота.

— Монстр.

Глава 2

В действительности Грэф не мог отрицать существование монстров. Это бессмысленно. Вампиры же существуют. Как и верфольфы. Он даже видел одного из них. Насчет зомби Грэф ничего не слышал, но это не стало бы для него сюрпризом. Ведьмы? Лучше с ними не связываться. Но бугимэн с легкостью обрушивший крышу заправки прямо ему на голову? Не то, чтобы он не мог существовать, но верилось с трудом.

— Монстр?

Девушка кивнула, по-прежнему поглядывая на него, как на "диковинку".

— Ну да. Ты же всерьез не думал, что это мог быть торнадо? Линии электропередач не тронуты. Нам удалось сбежать. На твоей машине нет ни единой царапинки.

— Вообще-то думал, — пробормотал Грэф, не собираясь признаваться, что знал о торнадо только по одноименному фильму. — Итак, о каком именно монстре мы говорим?

— Как-то не удалось поинтересоваться, пока Ономеня преследовало, — она резко выдохнула и подняла руку, откидывая волосы назад. Девушка до сих пор дрожала, напоминая Грэфу о старом выражении: «трясется, как осиновый лист». От нее больше не несло страхом, теперь в ее крови бурлил адреналин. — Просто монстр, больше никак не опишешь. Когда Оностало нападать на людей, многие решили, что это какой-то мутант, вроде гигантского опоссума, но…

— Когда Оностало нападать?

— Около пяти лет назад, — ответила она тоном «Ничего, да?». — Сразу после того, как мы здесь застряли.

Несколько минут Грэф молчал, не отводя взгляда от уж очень прямой дороги и пытаясь осмыслить услышанное. На протяжении пяти лет целый город был в плену, и никто снаружи этого не заметил? Здесь было что-то покруче простого монстра. Такое можно провернуть только с заклинанием, но он не расскажет ей об этом. Грэф не любил раскрывать существование сверхъестественного людям, даже если они уже сталкивались с этим в том или ином смысле. Всегда было тысячи объяснений происходящему и одни и те же утомительные вопросы, такие, которые он задал бы ей.

— Вот мой дом, — девушка указала на белый дом, стена которого освещалась слабым зеленоватым свечением ртутной лампы.

Грэф вырулил на подъездную дорожку, границы которой были выровнены молочными бидонами, ржавеющими под слоями белой краски.

— Славный декор, — усмехнулся он.

— Ну да, меня реально волновал внешний вид дома последние пять лет, пока я не могла свалить из города и жила в постоянном страхе перед монстром! Так что пошел на хрен, — отрезала девчонка, открывая пассажирскую дверь.

Она была раздражена, и Грэф не знал, чего сейчас хотел больше: трахнуть ее или съесть. А может и то, и другое. Но только если она пустит его в свой дом.

— Постой, — крикнул он ей вслед, заглушив двигатель.

Грэф вышел из машины, и девчонка, остановившись, обернулась к нему, держа руки на стройных бедрах.

— Надеюсь, ты не думаешь, что зайдешь в дом?

— Слушай, я знаю, начало у нас было неудачным…

— Неудачным? — откинув голову назад и рассмеявшись, она бросила умоляющий взгляд на возвышающиеся деревья, словно они могли спасти её от его глупости. — Позволю себе не согласиться с твоим видением ситуации. Знаешь ли, меня едва не убило Оно, а затем бросил умирать человек, который, как мне казалось, пытается меня спасти. Это вовсе не «неудачное начало». Это значит «отымели»! И будь я проклята, если ты попробуешь это повторить.

— Я не пытаюсь… отыметь тебя, — Грэф подавил легкий смешок, это никак ему не помогло бы. — Раз уж я застрял здесь, то мне понадобится место, где можно остановиться. Можешь хотя бы сказать мне, где мотель?

— Ага, могу, — она очаровательно улыбнулась. — Около двадцати миль отсюда, как раз в Западной Вирджинии.

Отвернувшись, Грэф выругался и вновь посмотрел на девчонку.

— Я могу остановиться у кого-нибудь в городе?

— Уверена, такой очаровашка легко найдет кого-нибудь, кто будет счастлив, видеть его гостем в своем доме. Но точно не здесь. В этой гостинице мест нет, — она пошла по лужайке к широкому крыльцу.

— Подожди… — На этот раз он не просил. Солнце скоро взойдет. Небо уже приобретало тот таинственный серо-голубой оттенок, как обычно перед рассветом. Либо она впустит его внутрь, либо умрет, пытаясь ему помешать. — Мне нужно место, где остановиться, и ты мне должна…