В 1342 году Агнеса получила разрешение постоянно проживать вместе с мужем. В 1345 году, когда Эдуард III прибыл в Слейс, сэру Джону была дана аудиенция — он на коленях умолял короля разрешить ему предстать перед судом парламента. Эта сцена была лишь хорошо разыгранной комедией — Агнесе ещё заранее было обещано прощение ее мужа. Вместо суда сэра Джона ожидали новые задания. С другим разведчиком, фламандским купцом, он посещает различные города — Брюгге, Ипр, Гент. В Англии поместья сэра Джона переходят из казны в личное распоряжение короля. В 1351 году Малтреверс получил полное прощение: в возмещение за потери, которые он понес во Фландрии, и за отказ принять выгодные предложения французов ему возвращаются его земли. Это была награда за длительную разведывательную службу.

Совсем по-иному обстояло дело с Томасом де Гурнэ. По каким-то причинам Эдуарда III крайне беспокоило, что беглец ускользнул от карающей десницы английской юстиции — очевидно, тому было что-то известно о конце Эдуарда, что никак не должно было достичь ушей французского короля.

Королевские лазутчики были посланы в разные страны в поисках де Гурнэ. Следы его удалось отыскать в Испании. Помог в этом камергер кастильского короля де Лейна, рассчитывавший на крупную награду. Ему удалось уговорить короля Альфонса заключить де Гурнэ в тюрьму и согласиться на его выдачу Англии. Прибывший в Лондон в мае 1331 года тайный агент камергера был обласкан и получил щедрую награду — 50 фунтов, большую сумму по тем временам. А самому де Лейне было обещано 300 фунтов при передаче изменника королевскому сенешалу в Байонне (Южная Франция входила тогда во владения английского короля). В Байонну были направлены королевские приставы Джилс Спейн и Бернард Пелегрим, которые должны были принять арестованного и, кроме всего прочего, обеспечить, чтобы тот не давал публично никаких показаний.

Спейн отправился далее в Испанию, но де Лейна не хотел уступать свою добычу, не получив на месте 300 фунтов стерлингов, а король, к которому обратился за помощью англичанин, уклонялся от встречи с ним. Однако, следуя из города в город за путешествовавшим Альфонсом, настойчивый посланец английского монарха наконец добился благоприятного ответа. Преступника было обещано выдать после уплаты 300 фунтов де Лейне на нейтральной территории. Камергер получил свои деньги, доставленные из Бордо… а тем временем де Гурнэ бежал из тюрьмы в городе Бургосе. Напрасно разъяренный Спейн ловил беглеца по всей Кастилии и Наварре — тот, казалось, бесследно исчез Английскому разведчику удалось поймать слугу неуловимого де Гурнэ и еще одного разыскиваемого изменника — сторонника Мортимера. В июне 1332 года Спейн после года безуспешных поисков вернулся в Англию.

Эдуард III, однако, не успокоился — за границу были посланы новые люди и были подкуплены должностные лица в различных странах и все с той же целью — изловить де Гурнэ. В январе 1333 года сэр Уильям де Корнуол, отправленный с этой целью в Неаполь, обнаружил беглеца и добился его ареста. Доставка де Гурнэ в Англию была поручена некоему Уильяму де Туинджу, прибывшему со свитой и, главное, большой суммой денег. Он раздавал щедрые подарки придворным и самому королю Неаполя, нанял корабли, не скупился и на другие расходы. Это не помешало ему по дороге домой, находясь на территории Арагона, подвергнуться аресту — англичан приняли за банду разбойников. Выручила опять взятка местному синдику. В пути де Гурнэ заболел и скончался около Байонны. Получив два нотариальных свидетельства о его смерти, де Туиндж мог наконец после шестимесячного путешествия вернуться домой — оно обошлось казне в 350 фунтов.

Пренебрежение разведкой со стороны преемника Эдуарда III Ричарда II немало способствовало его падению. Он ничего не знал о заговоре против него, организованном герцогом Генрихом Ланкастерским, о высадке того в Англии и в решительный момент оказался без войск. Свергнутый с престола Ричард II был заключен в замок Помфрет в Йоркшире.

Новый король — Генрих IV (1399 — 1413), основатель Ланкастерской династии, был человеком иного калибра. Ему вскоре также пришлось иметь дело с мятежами недовольных феодалов, объявлявших себя сторонниками Ричарда. Группа заговорщиков решила пригласить Генриха в Оксфорд и там убить его. Хроники сохранили рассказ о том, как глава заговорщиков, лорд Ретленд, обедая со своим отцом герцогом Йоркским, выронил письменное клятвенное обязательство, скрепленное подписями заговорщиков. Эта сцена воспроизведена в шекспировской драме «Ричард II». Йорк сразу схватил пергаментный лист, назвал своего сына предателем и поспешил отправиться к королю. Ретленд последовал за отцом и, бросившись на колени перед Генрихом, выдал секреты своих сообщников. Король избежал ловушки, быстро подавил восстание, поднятое организаторами заговора, и казнил многих его участников. Ретленд получил полное прошение. Вполне возможно, что эпизод с оброненной клятвенной записью был просто хорошо разыгранной комедией или вообще был выдуман и что Ретленд с самого начала по поручению Генриха шпионил за заговорщиками. После раскрытия этого заговора в начале 1400 года Ричард II был тайно убит в своей темнице.

Генрих IV создал секретную службу, агенты которой (их называли королевскими гонцами и посланцами) действовали не только в Англии, но и во Франции и в Италии. Наряду с разведкой в их функции входила тайная дипломатия.

Через несколько лет против Генриха IV восстали и влиятельные вельможи, ранее помогавшие ему свергнуть Ричарда II и занять престол. В драме Шекспира «Генрих IV» один из этих феодалов, Генри Перси по прозвищу Готспер, с гневом говорит, что король

… шлет шпионов,
Чтобы меня запугать и сгубить.
(ч.I, акт 4, сц. 2)

Генриху IV удалось справиться и с новыми мятежами.

Сохранились сведения и об оживленной деятельности секретной службы, созданной Генрихом IV, в годы правления его сына — знаменитого Генриха V (1413 —1422). Разведчики выслеживали лоллардов — членов религиозной секты, отражавшей недовольство социальных низов. Один из агентов секретной службы Томас Бэртон, называвший себя «королевским шпионом», был возведен в рыцарский сан. В 1421 году английский король и герцог Бургундский совместно направили на Средний Восток опытного воина и дипломата Джилберта де Ланнуа с семью спутниками, чтобы они составили подробный отчет о положении в посещенных ими государствах. Разведка Генриха V раскрыла — а быть может, и спровоцировала — так называемый Саутгемптонский заговор. По официальной версии, несколько вельмож, подкупленных французскими послами, сговорились убить короля, который готовился отплыть с армией во Францию. Среди казненных заговорщиков был граф Кембриджский, имевший права на престол как потомок Лайонеля Кларенского, третьего сына Эдуарда III (сам Генрих V вел происхождение от четвертого сына Эдуарда).

Права, восходящие к Лайонелю Кларенскому, были выдвинуты другими представителями так называемой Йоркской линии во время войн Алой и Белой розы.

ВОЙНА РОЗ

В преддверии Возрождения, как бы замыкая английское средневековье, высится мрачная «готическая» война Алой и Белой розы, как ее позднее поэтически назвал Вальтер Скотт. Так именуют растянувшуюся на три десятилетия междуусобицу между двумя ветвями королевского дома — Ланкастерами и Йорками — в борьбе за королевский престол (1455 — 1485). Английские бароны, для которых после окончания Столетней войны исчезла возможность при помощи грабежа во Франции приумножать свои доходы, рьяно включились в эту борьбу. Победившая сторона овладевала поместьями побежденных, приобщалась благодаря близости к короне к обогащению за счет налогов и других поборов с населения. В ходе войны, послужившей сюжетом для «Драматических хроник» Шекспира, престол несколько раз переходил из рук в руки, что всякий раз сопровождалось убийствами побежденных «изменников». Старая феодальная знать истребляла сама себя в этой ожесточенной схватке. Сегодняшний победитель мог уже завтра оказаться в казематах крепости Тауэр, чтобы послезавтра сложить голову под топором палача.