День начинался просто великолепно. Такаба Акихито шёл по улицам Токио и тихо насвистывал. Ему поручили важную съёмку!!! В страну приехал арабский эмир со своей свитой и давал приём в честь сотрудничества стран. И вот Такаба выбран, чтобы сделать такие важные для газеты и его карьеры снимки. Он собирался быть на высоте!

Резиденция Эмира поражала своим убранством и роскошью. Столько репортёров собралось со всех газет Токио, не сосчитать. Стараясь изо всех сил Акихито умудрился даже сфотографировать лицо эмира с близкого расстояния и не быть отброшенным охраной. И вот теперь он шёл с приёма в редакцию передать такие ценные кадры главному редактору. Когда перед ним затормозил чёрный лимузин, Аки даже почти не растерялся, а только почувствовал небольшую досаду. Теперь снимки он занесёт в газету не раньше следующего дня, за что и получит нагоняй. Обидно, блин. Охранник вышел и распахнул перед ним двери машины. По привычке Акихито подошёл и заглянул в них, прежде чем с ворчанием забраться внутрь. На сидении вальяжно расположился статный мужчина тридцати пяти лет, с тёмными длинными волосами и карими глазами, ими он и пожирал юношу.

- Что за чёрт? - отпрянул фотограф не найдя привычного Асами на месте пассажира.

Сзади к нему вплотную подошёл громила и, прижав платок с хлороформом, сковал все возможные движения Аки. Дёрнувшись пару раз, парень отключился и безвольно повис на державших его руках. Закинув обмякшее тело в салон, мужчина сам сел в машину и продолжил движение как ни в чём не бывало.

***

Эмир Тербиз Фуджейрский откровенно скучал, сидя на приёме. Ему до ужаса надоели все эти люди, и он хотел только одного: убраться как можно дальше от этого скопища простолюдинов. Верный слуга Ариз подливал скучающему величеству вина. Как вдруг унылое времяпрепровождение закончилось, его взор упал на нечто заинтересовавшее его настолько, что всю леность как рукой сняло.

- Кто это? - карие глаза смотрели прямо на интересующий его объект. - Хочу его!

- Будет исполнено, Ваше Величество.

И вот через каких то два часа объект вожделения находился прямо перед ним. Чистый, спящий, связанный и готовый к употреблению. Блондин так мило во сне посапывал, что у Эмира сносило крышу, и он готов был приступить к делу, не дожидаясь, когда очнётся парнишка. Вдруг в сложенных вещах блондина зазвонил телефон, и он стал просыпаться, пытаясь прийти в себя после наркотика. Тебриз подошёл и взял трубку.

- Тебя где носит, маленькое чудовище? - на том конце кто то грозно прорычал в трубку. - Уже одиннадцать, а ты ни дома не появляешься, ни звонишь, что задерживаешься.

- Он больше не придёт домой, - с ехидной полуулыбкой промурлыкал эмир. - Я оставлю этого сладкого мальчика себе. Не волнуйтесь, я о нём позабочусь.

- Ты кто такой, и где Такаба? - ответившим голосом можно было замораживать воду. - Если ты тронешь его хоть пальцем, я тебя убью.

Эмир подошёл к постели и начал одной рукой ласкать дёрнувшееся тело. Другой рукой он поставил телефон на громкую связь и положил его рядом. Очнувшийся Акихито изо всех сил вырывался из пут, пытаясь кричать, но из-за кляпа это у него не получалось.

- Красавчик пришёл в себя, а значит, настало время поразвлечься. Такаба, говоришь? Красивое имя, - рывком мужчина перевернул Акихито на живот и притянул колени к груди, несмотря на отчаянное сопротивление парня. - Какая у него кожа гладкая и нежная, я даже не знаю, с чего мне лучше начать. Ничего не посоветуешь?

- А ты нахал! Ты разве не знаешь, что бывает с теми идиотами, кто пробует прикоснуться к тому, что принадлежит мне? - стальные нотки в голосе говорившего пронзали насквозь. - Я повторять не буду. Освободи Такабу, и я оставлю тебя в живых.

Эмир смазал свой вставший член и приставил его ко входу. Одним мощным толчком он ворвался в неподготовленное тело, крепко держа его за бёдра, грубо впиваясь пальцами в нежную кожу. От дикой боли Акихито заорал так, что крик пробился через кляп и был услышан Асами. Задёргавшись, он попытался уйти от этой разрывающей боли, но на следующем толчке провалился в глубокий обморок.

- Слабенький у тебя мальчик: стоило вставить, как он отключился, - продолжая трахать безвольное тело, ехидно сказал Тебриз. - Ну, я обучу подчинению и даже получать от этого удовольствие.

Не обращая внимания на угрозы в ответ, эмир закончил своё удовлетворение и с громким стоном кончил внутрь блондина. Откинувшись на подушки, он взял в руки телефон и продолжил разговор как ни в чём не бывало, жадно глядя на истерзанное тело.

- Какая жалость, кровь, порвался наверное, теперь, пока домой не вернёмся, придётся оставить его в покое, - лаская связанное тело, наслаждался реакцией голоса на другом конце Тебриз. - А я то надеялся в долгой дороге ещё поразвлекаться.

Громко хохоча, эмир повесил трубку. Позвав слуг, он приказал срочно избавиться от телефона и привести мальчишку в порядок: им предстояло возвращение назад, в Эмираты.

***

Суо и Киришима изображали мебель, их босс был в ярости. После того, как он сначала долго ждал своего питомца, он начал нервничать. Потом, раздраженный из за невозможности снять стресс своим любимым способом, с Такабой, Асами ему позвонил. И начался ад. Рюичи сидел и невидяще глядел в одну точку. Его лицо было бледным. Руки машинально поглаживали пистолет. Тот идиот, что обнаружился на другом конце линии, забрал принадлежащее якудзе по праву. И даже посмел нанести вред Акихито. Асами передёрнуло, когда он вспомнил дикий хриплый крик, пробивающийся из под кляпа. Его любовника ранили. Рюичи уже мысленно сто раз убил этого придурка всевозможными способами. Но он не знал, где сейчас находиться тот кретин, что прикоснулся к Такабе. Приезжий кретин. Почему приезжий? Ну так все бандиты в Токио давно знали, какими последствиями чревато похищение любовника самого влиятельного человека в Токио. Да чего в Токио, во всей Японии не было такого дурака, который бы косо поглядел на Аки. И потом этот придурок сказал что-то о долгой дороге…

- Узнать всё: где Такаба мог пересечься с приезжими в ближайшие сутки, - от голоса Асами занервничал даже громила Суо. - Немедленно.

Вскоре стало известно, что Акихито выпала честь фотографировать приезжих эмиров на саммите. А это означало, что именно один из них или их окружения положил глаз на Такабу. Асами дипломатия не волновала, у него она была всегда своя. Надо было узнать точно, кто нынешний кандидат в покойники, и доставить его и Акихито к Рюичи. Но когда якудзе сообщили, что посольство уже вылетело из страны, в гневе он разбил вдребезги хрустальную пепельницу, швырнув её в стену. Теперь придётся ехать в Арабские Эмираты и там искать по своим источникам непоседу, опять вляпавшегося в неприятности на свою очень хорошенькую задницу. Поиски грозили затянуться на неделю или больше, ведь в чужой стране у Асами хоть и были связи, однако же не настолько эффективные, как в Японии.

***

Фуджейра, дворец Аль-Хейль. Тебриз откровенно скучал: его новая игрушка оказалась очень строптивой. Этот парнишка никак не хотел подчиняться, он был дерзким и непокорным. Надо было срочно найти способ. Эмиру надоело рвать мальчишку, ведь после этого он не мог с ним развлекаться целых двое суток. И когда наконец Тебризу предоставили то, чего он хотел, не воспользоваться этим было бы полным идиотизмом. Зажав в руке средство, он пошел в сторону гарема, чтобы опробовать способ подчинения строптивого блондинчика.

В купальнях гарема народу почти не было, только пять наложников и охранники-евнухи. Акихито сидел на лежаке и составлял план очередного побега. Он уже трижды пытался сбежать из ненавистного дворца, но все его попытки проваливались почти сразу после начинания. Такаба не знал, сколько он сможет ещё сопротивляться эмиру; боль от насилия заставляла мальчишку сомневаться в своих силах. Он боялся, что придёт время, и он уже не сможет терпеть её и сдастся. Поэтому раз за разом пробовал улизнуть отсюда и вернуться домой. Заметив, что охранники дружно поклонились, Такаба резко обернулся. Эмир Фуджейрский посетил собственный гарем - выбрать партнёра на ночь. Наложники, весело щебеча, окружили своего господина. Отодвинув их от себя, эмир направился к вожделенной цели. Встав напротив Акихито, он долго его разглядывал.