Солдаты зажгут факелы и спустят собак. На этот раз собак будет достаточно, чтобы справиться с ним, а люди тем временем начнут штурмовать ущелье.

Похоже, что солдаты на склоне еще не заметили людей на дороге. Но вот-вот это случится, и как они тогда поступят? Станут ждать подкрепления? Или предпримут атаку?

Далеко справа, за склоном горы, по ту сторону долины возвышался Кховот — Голос Кхо, Великой Богини, Матери Всего. За ним сразу — темное пятно — это все, что ему было видно вместо города Кхокарса. Голос Кхо изверг огромную массу лавы и ядовитых газов, пока он, и Лалила, и другие спасались бегством из подземной тюрьмы Минрута. Им повезло, что землетрясение, предшествующее извержению вулкана, открыло им путь: сильные толчки земли разрушили здания и принесли в город панику.

Потом могучий Кховот выбросил раскаленную добела лаву и огромные глыбы камня. В хаосе бегства горожан группа Хэдона сумела удрать в окрестности.

Даже тогда солдаты Минрута устремились в погоню и едва не схватили их, но Квазин — исполинского сложения кузен Хэдона прыгнул в лодку полную солдат.

Последнее, что видел Хэдон до того, как дым закрыл от его взора сражение, был поднимавшийся и опускавшийся огромный боевой топор Квазина.

Хэдон был полон благодарности Квазину за его самопожертвование, хотя определялось оно в большей мере преувеличенным мнением кузена о своей личности, чем иными мотивами. Квазин считал себя сильнейшим человеком в мире — возможно так оно и впрямь было. Но он ненавидел Хэдона и клялся позднее разыскать и отнять Лалилу. Однако для этого Квазину пришлось бы сначала убить Хэдона.

Грозный — таким он и был — Квазин намеревался вступить в поединок, достойный войти в историю. Квазин был намного крупнее и сильнее, но ему не хватало быстроты Хэдона. Да и в искусстве фехтования он уступал кузену. Но этот топор, сделанный Пагой из упавшей звезды… он был столь тяжел, что лишь гигант, подобный Квазину, обращался с ним так, словно топор был из папируса.

Хэдон мысленно вернулся к тем временам, когда он покинул Опар ради Великих Игр в Кхокарсе. Кто мог предвидеть цепь последовавших затем событий, которые привели его в это горное ущелье? Лишь Сама Кхо. Она позволила проронить несколько намеков устами Ее толкователя, мудрой жрицы, жившей в пещере невдалеке от кратера вулкана.

Хэдон соперничал с другими честолюбивыми юношами — атлетами на Малых Играх в Опаре. Среди избранных оказались трое: он сам, его друг Таро и злобный Хевако. Эти трое вместе с запасными прошли на галере через Кемувопар, Южное Море Опара. Они проследовали через пролив Кета, а затем пересекли просторы Кему, Северное Море, Великую Воду.

Авинет, королева Кхокарсы, верховная жрица, дочь Минрута, желала выйти замуж за короля ее возраста. Минрут же требовал, чтобы она вышла за него, но она отказала ему. Пошла молва, что Авинет затащила отца в постель, еще не приняв никакого решения, и обнаружила, что она желанна. Хэдон не больно-то верил этой истории: уж слишком очевидной была продолжительная враждебность дочери и отца. Ходили слухи о том, что Авинет подозревала отца в том, что он отравил ее мать. Хэдон и в этом сомневался, хотя Минрута прозвали Безумным явно не без основания. Но даже Минрут не осмелился бы умертвить свою жену, верховную жрицу, высшую наместницу Кхо. Он несомненно убоялся бы гнева Богини. Но позднее Минрут, вероятно, действительно совершил такое, и обнаружив при этом, что молния не поразила его, земля пред ним не разверзлась, он почти утратил чувство благоговейного страха перед Ней. Могло случиться, что Минрут осмелился помыслить свергнуть Ее и сделать Ресу, Пламенеющего Бога, верховным божеством, тем самым обеспечивая господство королей во всех сферах — духовной и светской. И еще этим совершив переворот в роли мужчины в Кхокарсе. Минруту все было мало. Властелин армии и флота, хозяин строительства дорог и главных сооружений — он еще возжелал контролировать налоги, почтовую систему и религиозные организации. А сверх всего он хотел закончить воздвижение Великой Башни Кхо и Ресу. Ее строительство было начато еще пять веков назад Королем Клакором. Легенда гласила, что король, который завершит сооружение Великой Башни, будет вознесен на небеса, в голубой дворец Пламенеющего Бога и сделается бессмертным. Дворец был готов наполовину, а Минруту исполнилось уже пятьдесят восемь. Минрут желал тратить все до последнего гроша на продвижение изнурительной стройки. Полтысячелетия жрицы вмешивались в дела, замедляя работу. Беспокойные времена также не способствовали успеху. Жрицы заявляли, что Империя вовсе развалится, если все усилия будут направляться на завершение строительства башни. Наверное, это было правдой. Кроме того, становилось очевидным, что строение не выдержит более дополнительного веса. Сооружение башни пришлось прервать, пока кому-то не удастся изобрести новый вид очень легкого кирпича. Минрут предложил награду, равную сумме годовых налогов города Баваку, любому, кто придумает требуемый строительный материал.

Хэдон выиграл Великие Игры, но радость его была сильно омрачена убийством его друга Таро. Гордый победитель, он торжественно отправился во дворец, ожидая, что его объявят мужем Авинет и Императором Кхокарсы. Но был “награжден” новостью, которая ошеломила и оскорбила его.

Голос Кхо, прорицательницы из пещеры у вершины вулкана, возвестил о том, что чествование следует отложить. Прежде он должен возглавить экспедицию на дальний север, к берегам Звенящего Моря. Там ему предстоит найти и вернуть обратно из-за Звенящего Моря трех человек. Некогда экспедицию доставил к южным берегам Звенящего Моря Саххиндар.

Но изгнанный бог бронзы, растений и времени оставил их там, направив Хинокли, участника предыдущей экспедиции, в Кхокарсу с соответствующим распоряжением.

Почему? Об этом ведала лишь Сама Кхо.

Хэдон в приступе гнева предположил, что Минрут как-то ухитрился придумать эту несправедливую отсрочку. Но, поостыв, пришел к выводу, что виновен в богохульных мыслях. Жрица Кхо не осмелилась бы вещать лживо. Даже в том случае, если была бы на то воля Кхо. Возмездие оказалось бы скорым и ужасающим.

С большой неохотой повел Хэдон экспедицию на север, мимо гор Саарес, к обширным саваннам, простирающимся за ними. Во время путешествия он натолкнулся на своего кузена Квазина. Гигант убегал от племени дикарей и спасся лишь потому, что люди Хэдона отогнали их. Квазина несколько лет до этого изгнали из Кхокарсы. Он изнасиловал жрицу и убил несколько стражей в замке из ее охраны. Согласно обычаю его надлежало кастрировать и бросить тело свиньям.

Но прозвучал Голос Кхо — и карой ему стала ссылка на неопределенный срок.

Весь оставшийся путь Квазин сопровождал их. Они обнаружили троих скитавшихся — Лалилу, Пагу и Абет. Лалила утверждала, что Саххиндар действительно доставил их сюда из-за Звенящего Моря. По одному ему известным причинам он покинул их. Они присоединились к экспедиции Хинокли, возвращавшейся в Кхокарсу, но на них напали дикари, убили всех, кроме Хинокли и их троих. Хинокли увели от них, и он отправился обратно на родную землю. Но Лалила заявила, что Саххиндар отрицал свое божественное происхождение. Из его слов следовало, что он всего лишь человек. Но признал, что живет уже более двух тысяч лет. Саххиндар сказал, что родился в далеком будущем, но путешествуя на “корабле времени”, он вернулся в эпоху за две тысячи лет до настоящего. И именно он сделал возможной цивилизацию Кхокарсы.

Во время обратного путешествия Хэдон влюбился в Лалилу. И не он один. Казалось, она создавала вокруг себя ауру, которая влекла к Лалиле мужчин, словно аромат ночной бабочки притягивает к себе мотыльков-мужчин. Она бесспорно была красивой, но многие женщины в Кхокарсе не уступали ей в этом достоинстве. Пага говорил, что она приносит несчастье. Она сводит с ума мужчин и в то же время приводит их к гибели. Хэдона это не беспокоило. Он впал в экстаз, когда Лалила сказала, что любит его. Она готова забыть свою скорбь по Ви, любовнику, которого уже не было в живых.