— Привет, — кое-как выдавил я, не в силах оторвать взгляд от любимой.

— Привет, — голос её звучал странно, кокетливо, — Входи! — пригласила она меня. Я в тот момент не верил своему счастью, я чувствовала одну сплошную любовь, она так сильно меня изменила. По крайней мере так я думал раньше, до того, как я погубил её. Она выглядела такой счастливой и я не удержался от глупого вопроса:

— Что с тобой? — произнёс я.

— Идём, — её голос был таким возбуждённым, сегодня она явно хотела наших отношений и не только на словах…Я и сам давно мечтал поцеловать её.

— Энн, но Алисия… — попытался собраться я, попытался не поддаваться чувствам. Ведь каждый раз, вот так находясь с ней рядом, я подвергал её опасности. И всё-таки доигрался. Теперь вспоминать всё это было просто смерти подобно…

— Эван, она на свидании! — после этих слов я невольно улыбнулся, увидев выражение её лица.

— Что у нас на свидании? — спросил я, мне было интересно проводить время с ней.

— А чем ты хочешь заняться? Могу предложить широкий спектр выбора DVD, так, ещё экзотическая кухня в лице салата, — перечисляла любимая важным тоном, когда мы шли в гостиную. Мне всегда нравился дом Алисии и её племянницы…

— Энн, — я удивился, как серьёзно звучит мой голос. Энн как-то застыла, — Может чай? — решил исправить ситуацию я, а она как-то странно вздохнула.

— Минуту! — девушка быстро скрылась на кухне и прибежала с подносом почти сразу же.

— Энн, не зачем так спешить, я мог бы подождать, — я невольно рассмеялся, глядя на её взвинченность. Но всё же тогда внутри во мне было противоборство: я хотел быть рядом с ней, но так боялся, что ей могут причинить вред…Я вздохнул.

— Что-то не так? — спросила она. Неужели у меня на лице всё было написано? Мысли мои она читать не могла.

— Да, — признался я, как же надоело врать! Она погрустнела, наверняка свалив всё на себя. Да, в этом была вся она! — Но дело не в тебе, а во мне… — поспешил заверить я. Дело действительно было во мне: я был слишком слабым, я так и не смог тогда оставить её.

— Доверься мне, — девушка тогда была похожа на психолога. Я невольно усмехнулся, беря в руки чашку чая.

— Знаешь, о таком не рассказывают за чашкой чая, — вырвалось у меня. Но это было правда, за чашкой чая не рассказывают девушки о том, что мне предстоит ей убить, пусть я этого не хочу, что мне нужно отнять у неё силу и стать полноценным членом древнего клана пожирателей сверхъестественных способностей! Она и так трудно смирилась со своим даром.

Почему? — она удивилась. А я сразу вернул себя с небес на землю.

— Можно поперхнуться от страза, — не подумав, сказал я. Девушка совсем побледнела, и я испугался. Она дрожащими руками поставила чашку с чаем на журнальный столик.

— Тише, тише, я пошутил! — скорее попытался утешить я девушку. Не было сил смотреть на её испуганный и измученный вид. Я сознательно шёл к тому. Чтобы причинить ей боль, которой в её жизни было слишком много.

Я приблизился к ней и, не сдержавшись, коснулся её гладкой щеки. Через меня мгновенно пронёсся огонь, причинявший адскую боль, но я не отнял руку. Боль утихла.

— Я ничего не боюсь, когда ты рядом, — сказала она, заглянув мне в глаза. Хотелось взвыть: как же она мне доверяла!

— Ты такая глупенькая! — горько усмехнулся я.

— Эван, — она накрыла своей рукой мою ладонь, снова агония, — Почему тебе больно? — неужели так видно?

— Ты точно глупышка! Мне совсем не… — тут она неожиданно коснулась моего лица. Боль была настолько сильна, что я тогда резко отскочил, не выдержав. Слишком тяжело любить неприкосновенное…

— Прости, что доказала свою правоту. Сделав тебе больно, — на её глазах стояли слёзы.

— Ты не виновата, это всё я… — попытался утешить её я, в её глазах было столько вины! А виноват и вправду был я и моё пожирательское происхождение.

— Не нужно себя винить, Эван умоляю! Почему тебя больно, когда я тебя касаюсь? — голос её звучал сдавленно.

— Я проклят, — коротко ответил я. Это было правдой, но почему я не могу ей врать? Почему она так слепо мне верит? Это слишком мучительно…

— Что ты несёшь? — практически прокричала она.

— Тяжелую ношу, — сказал я. правда на самом деле ноша эта была на хрупких плечах девушки.

— Раздели её со мной! Эван, мне тяжело это тебе говорить, но, пожалуйста, скажи, почему тебе больно от моих прикосновений, это меня мучит… — взмолилась она.

— Не всегда они причиняют боль, лишь, когда я теряю концентрацию, — пояснил я, отчасти соврав.

— Почему ты сказал, что проклят? — её голос стал ещё более сдавленным.

— Потому что так и есть, — как и всегда, ответил я непонятно, — Я не могу тебе этого рассказать, не углубляясь в саму суть, а ты обещала не вникать глубже, ты помнишь? — тут я взглянул на неё. Она выглядела такой измученной и убитой…

— Энн, — протянул я к ней руки, моё сознание требовало, чтобы я её тушил.

— Нет! — закричала она, вскакивая с дивана. Я тогда оторопел.

— Сейчас я себя контролирую, иди ко мне, — как можно спокойнее попытался сказать я.

Девушка села ко мне на колени, мы обнялись…А потом поцеловались…Я никогда не чувствовал ничего подобного…Но и этого было мало, хотелось, чтобы она стала ещё ближе…По венам вместо крови тек огонь, я как будто бы сошёл с ума…

Как же теперь не хватало её губ…

— Эван? — вернул в реальность голос женщины. В её глазах было понимание. Боже! Как же хотелось ей всё рассказать, поведать ей, что я виноват в том, что её племянницы больше нет! Чтобы она меня возненавидела…

— Нет, спасибо, — сказал я.

— Как дела в школе? — вяло спросила женщина, — Как Молли, что-то она давненько не заходила… — разочарованно сказала женщина. Молли единственная, кто искренне мог рассказать женщине о своих чувствах. Я ведь не мог быть полностью честен…Вся моя жизнь это ложь…

— Думаю, она просто боится вновь сюда прийти, всё напоминает о…ней, — в голове прошелестело её имя, но всего два простых звука не смогли сорваться с губ…

— Знаю, я сама думала переехать к Робину, но так боюсь…боюсь потерять последнюю ниточку воспоминаний об Энн, — по щекам женщины покатились слезинки, она с болью и нежностью в глазах дрожащими руками провела по креслу, что-то вспоминая…

— Я и сам готов не выходить из этого дома, — тихо солгал я. Фотография возле сердца потяжелела и стала давить на меня с силой в тысячи тонн. Я давно завернул половину фотографии, на которой был запечатлён я, теперь лишь широко улыбающаяся черноволосая девушка смотрела глубокими глазами.

И вот я уже дома, не помня, как оказался в своей комнате. Я был невнимателен, силы покидали меня с каждой минутой. Я лёг спать.

Снова приснился тот же сон. Энн, вся в белом, чудесное лицо напряжено от волнения в глазах любовь и желание быстрее пройти эту чёртову прозрачную дорожку. Вот мы обменялись клятвами, и я превратился в чудовище, глаза пусты. Нож летит в неё, я держу её окровавленную.

— НЕТ! — в который раз прокричал я. В глаза ударил рассеянный свет солнца, наверное, снова пасмурно. Прислушавшись, я услышал, как по стёклам барабанит дождь. Небо плачет о ней…

Что-то надев и как всегда не позавтракав, я зашёл в гараж. Мотоцикл напоминал о ней.

Мы тогда поехали в место, где должны были стать мужем и женой…

Сердце снова рассыпалось, я и не пытался собрать его снова. Я мстил сам себе, месть это имеет одну границу — смерть.

В школе каждый проходящий мимо меня сразу же приобретал мрачный вид. Их можно понять, я вероятно, за три месяца ни разу не скривил лживый рот в улыбки. Господи! Глупец! Я что надеялся победить отца? Я лишь был эгоистом, хотел быть рядом с ней каждую минуту, не думая чем это для неё закончится. Если бы я пересилил себя и сразу же ей всё рассказал, она жила бы и освещала бы этот мир, пускай и в лапах "собирателей", но жила бы….Если выбирать из трёх кланов, то лучше всего ей было бы у "собирателей", они, разумеется, корыстные эгоисты, но, по крайней мере, они не убивают….По крайней мере, своих…