Они выпили, молча, не чокаясь, ещё немного постояли, потом хирург налил по второй, которую точно так же, не сговариваясь, выпили молча. Коньяк обжёг всё внутри, прокатился по телу, и казалось, дошёл до самого сердца, опалив его горечью воспоминаний. Мужчины ещё немного постояли в тишине, потом Ветров налил ещё по рюмке.

— Ну а теперь за женщин, чтобы среди всего этого множества прекрасного пола, ты, наконец, нашёл ту единственную и неповторимую, которая согласиться принять, и обогреть старого холостяка с множеством дыр в его дряхлеющем теле.

— Ну, тело, положим ещё совсем не дряхлеющее, — поправил друга Алексей.

— Это пока, а как только расстанешься со службой, сразу жирком обрастёшь и через годик сам себя в зеркале не узнаешь.

— Типун тебе на язык, «Эскулап».

— Попомни мои слова. А теперь давай прощаться. Надеюсь, хоть на отвальную пригласишь.

— Обижаешь, Макс, конечно, вот только улажу все дела и сразу приглашу.

— Ага, езжай, улаживай, — он выглянул в окно, — вон за тобой уже и машина приехала.

— Какая машина, — Алексей подошёл к окну, он не поверил своим глазам, на дворе, прямо перед входом стояла белая «Волга» начальника управления, генерала Лысова. — Ты это что специально свой кабинет заманил, — с недоверием посмотрел он на друга.

— Лёха, а что мне оставалось делать? Позвонил сам министр и сказал…

— Ну, ты и гад, Макс. Немедленно дай команду, открыть чёрный ход.

— Лёха, а что толку, всё равно не сегодня так завтра пойдёшь в управление пенсию оформлять, так уж лучше сразу узнать, что они от тебя хотят.

— Нет, ты всё равно гад, — уже более мягко ответил Мещеряков, взял бутылку и, приложившись к горлышку, сделал несколько больших глотков, влив в себя больше половины содержимого сосуда, — ну и чёрт с тобой, всё равно на отвальную приходи, только вот когда она состоится, и состоится ли вообще, я теперь не знаю.

Алексей взял со стола свою медицинскую книжку и вышел из кабинета. Машин стояла под самым подъездом, на пандусе, куда обычно заезжают санитарные автомобили. Двигатель работал на холостых, водитель начальника стоял рядом и курил.

— Что стоишь? Поехали, — крикнул ему Алексей, выскакивая из дверей приёмного покоя, усаживаясь на переднее сиденье и закуривая.

— Алексей Павлович, — взмолился водитель, — Вы же знаете, товарищ генерал не любит когда в машине курят.

— А мне плевать, — ответил Алексей, — мне теперь уже на всё плевать, поехали.

Больше до самого управления он не произнёс ни слова, только одну за другой курил сигареты. Водитель тоже понял, что лучше Мещерякова не трогать, и молча крутил баранку, время от времени зло, поглядывая в сторону нахального полковника.

Глава 2

— Тебе кто дал право курить в машине, — генерал сидел за своим огромным столом и в упор смотрел на вошедшего Алексея.

— Вот чёрт, уже доложили. И как это Вам товарищ генерал удалось воспитать такого подхалима?

— Ты Мещеряков не наглей, подписанный рапорт и пройденное медицинское обследование, это ещё не повод для наглого поведения. Вот когда Президент указ подпишет, а министр приказ, тогда можешь и понаглеть, но только самую малость, а пока, ты всё ещё военнослужащий, не забывай об этом.

— Да помню я, — отмахнулся Мещеряков от нравоучений, — одного только не пойму, зачем я ещё понадобился. Вы же господин генерал клялись мне в прошлый раз, что вот ещё одна командировка, самая последняя и я пенсионер.

— Да, клялся, и не отрицаю этого, только вот у некоторых, компетентных органов возникли вопросы, к тебе, и мне очень сильно пришлось постараться, что бы эти вопросы, так и остались не заданными. Поэтому ты мне лично остался должен.

— Это, какие такие вопросы?

— Вопросы по поводу золота, которое вы, якобы не нашли. Или нашла, — генерал хитро посмотрел на Алексея.

— Да не было никакого золота, миф это.

— Вот и я им говорю, миф, а они. Куда тогда делся Фирсов, и откуда сгоревшие вертолёты в тайге, да ещё и горы трупов?

— Так я в рапорте всё подробно описал, этот самый Фирсов, он крышевал чёрный прииск, вот там они и не поделили территорию, а мы как раз под раздачу и попали, что пришлось пещерами уходить. Вы же рапорт читали.

— Читал, и честно тебе скажу, сам не поверил. Столько времени бродить под землёй, без сопровождающих, не просто выжить, а ещё и выйти. Нет, не поверил, но им доказал. А это значит, что ты мне должен.

— А если и я не поверю, что был кто-то, кто задавал вопросы. Что тогда?

— Тогда я их пригашу. Хочешь? — Генерал потянулся к трубке телефона.

— Нет, я верю.

— Вот и молодец, а теперь смотри, — генерал достал два листа бумаги. — Это два проекта Указа Президента, и только от тебя зависит сегодня, какой из этих Указов будет подписан. На, читай.

— Указ. Президента Российской Федерации. — Прочитал Мещеряков, — 1. За проявленные мужество и героизм при выполнении задания Правительства, наградить, полковника Мещерякова Алексея Павловича орденом «За мужество». 2. Считать полковника Мещерякова А. П. уволенным с действительной воинской службы в отставку… — Алексей вопросительно посмотрел на генерала. — А дата где?

— Не спеши, ты второй Указ читай.

— Пункт первый, — продолжил читать Мещеряков, — За проявленные мужество и героизм при выполнении задания Правительства, присвоить полковнику Мещерякову Алексею Павловичу звание Героя России и наградить медалью «Золотая звезда Героя» посмертно. 2. Зачислить полковника Мещерякова А. П. в списки воинской части А34815 навечно. Нет! — Возмутился Алексей, с этим Указом я в корне не согласен.

— Мне, почему-то тоже так показалось. Но кроме несогласия, нужно ещё, то самое задание Правительства выполнить, и умудриться назад, вернуться, что бы я мог на подпись первый Указ отдать.

— Ты, что шутишь, Юрий Павлович. — Теперь уже серьёзно спросил Алексей.

— Нет, Алёша, шутки кончились. Три группы ушли и три группы пропали, никаких следов. Так что сам пойми, не мог я тебя в такое время на пенсию отпустить. Ты уж постарайся, сделай всё как положено, а потом и домой, на Украину, как ты говоришь, «Сады опрыскивать».

— Это не я, это «Маэстро», — пробурчал Алексей.

— Кто? — Не понял генерал.

— «Маэстро», в фильме, «В бой идут одни старики».

— Точно, а я никак не мог вспомнить, откуда эта фраза. Вот так и у нас с тобой получается, что в бой идут одни старики. Так что готов знакомиться с заданием?

— Может завтра, Палыч? — Умоляюще посмотрел на начальника Мещеряков, — дай, хоть день насладиться жизнью.

— Ну, завтра, так завтра, — неожиданно легко согласился генерал. — Но учти ровно в девять ты у меня, без опозданий, и прошу тебя, не напейся сегодня до невменяемого состояния.

— Не волнуйтесь, господин генерал, всё будет в норме, то есть как обычно.

— Сколько ты ещё будешь паясничать, не мальчишка ведь уже. — Пробурчал генерал, — ладно иди, Фёдор тебя домой подкинет. Но учти, будешь вновь курить в машине, отдам на подпись второй Указ.

— Вот Вам крест, господин генерал, — Мещеряков перекрестился и поклонился в пояс, — ни за что и никогда. Вы уж только помилуйте, не дайте сгинуть в расцвете лет.

— Ладно, иди уже оболтус, завтра ровно в девять.

Алексей вышел из кабинета, Леночка, секретарь генерала, как обычно сидела на своём месте и невозмутимо, что-то печатала на компьютере.

— О, Елена Прекрасная, не согласишься ли ты сгладить холостяцкий вечер старого воина, — Алексей присел на угол стола и заглянул Леночке в глаза.

— Идите, товарищ полковник, туда, куда Вас генерал послал, некогда мне, — не отрываясь от монитора, ответила девушка. — Да и Вас уже заждались.

— Это кто ещё? — Удивился Алексей. — Уж не те ли парни, которыми меня генерал пугал?

— Не знаю, — уклончиво ответила Леночка, — выйдите, увидите.

— Какая-то ты сегодня вся загадочная, ладно, делать нечего, пойду, погляжу. Но если ты меня обманула, учти, не прощу до самого последнего дня.