Начнем со стыда.

Быть безработным стыдно. Потому что, как вам может показаться, вы оказались чем-то хуже других. И еще стыдно того, что вы не в состоянии обеспечить благополучную жизнь своим близким. Что вы неудачник. Так что говорить вам о потере работы трудно. Это все равно что признать собственную несостоятельность. Наоборот, хочется изображать бодрячка, у которого все о’кей. В первую очередь ради себя самого изображать. Чтобы не впасть в черную меланхолию. И эта игра в благополучие очень часто подводит самого игрока. Надев маску героя и баловня судьбы, он уже не может ее снять в дальнейшем. И не может просить помощи. Потому что герои и баловни ни у кого ничего не просят.

Другая реакция на увольнение — раздражение. На все и вся. Но более всего на начальников. Прошлых. И будущих. В этом случае работу не просят. Ее требуют на повышенных тонах. И тоже не получают.

Более конструктивна позиция признания своего неблагополучия. Что есть — то есть. И не стоит тратить силы на поддержание несуществующего имиджа или на злость. На данном этапе жизни вы проиграли. Но сделаете все возможное, чтобы выбраться из ямы, в которую угодили.

Именно так рассуждают капиталисты. И даже, обанкротившись вчистую, говорят: о’кей, все очень хорошо, я остался в выигрыше; потому что извлек из поражения урок. И не повторю ошибки. Этот проигрыш лишь начало успеха.

Я понимаю, что нам трудно принять такую искусственно бодрую психологию. Но надо учиться. Как капитализму в целом.

— Я потерял работу? О’кей! Мне повезло. Благодаря этому я найду гораздо лучшую и более высокооплачиваемую работу...

Но только надо не ждать, а искать!

А для этого не бояться сказать: “Я потерял работу”. Ну смелее. Вам нужна работа, для того чтобы кормить семью! И по этой причине эту работу просить не стыдно. Вы же не милостыню требуете, не деньги, а лишь возможность самостоятельно их заработать. Просьба о работе — это не попрошайничество. Это только поиск!

Вам все равно придется пересмотреть свое мнение о стыде. Если, конечно, вам интересен результат.

Если вы настолько гордый, что вам трудно перейти на просительный тон, если сложно без приукрашивания сказать о своем затруднительном положении, значит, вы обречены на неудачу. Изображая не то, что есть в действительности, вы закономерно получаете не ту помощь, на которую рассчитываете. Люди не помогают благополучным. Люди помогают нуждающимся.

Поэтому, отправляясь просить содействия, будьте готовы просить, а не демонстрировать свой гонор. Я не говорю об унижении, я говорю о максимально честном формулировании своих проблем.

— Я попал в тяжелое положение... Мне нужна работа, потому что... Помогите, если есть возможность.

Как в больнице, где вы не играете здорового человека, а подробно рассказываете о симптомах болезни. И не стыдитесь, что вдруг у вас колет в левом плече, или одолевает кашель, или, извините, три недели отсутствует стул.

Так вот, безработица — та же болезнь. Только не одного вас, но и всей семьи. А те, к кому вы пришли за содействием, — доктора, которые могут вам помочь. И замалчивать о своем недуге — значит получить неверный диагноз. И неправильное лечение. И, возможно, не выздороветь.

Я потому так подробно останавливаюсь на том ложном чувстве стыда, что считаю: если его не сломать, то результативность поиска работы снизится многократно. Гора к Магомету не ходит! И, значит, человеку, потерявшему работу, придется ежедневно и помногу раз испытывать чувство неловкости, проходя различные собеседования, предлагая работодателям свои услуги и доказывая, что он не вор, не пьяница и на что-то способен. Придется! Или придется оставаться гордым, но... без работы. Или — или!

И обязательно будьте уверены в успехе. Без веры начинать поиск работы нельзя.

Ну и что, что у вас очень редкая, совершенно не пользующаяся спросом профессия? Дело не в профессии, а в умении находить применение своим силам. Например, я знаю одну абсолютно не востребованную на сегодняшний день профессию. Я бы сказал, безнадежную с точки зрения трудоустройства. Но, с другой стороны, знаю, что ни один человек, потерявший ее, без средств к существованию не остался. Все трудоустроились! Сто процентов! И очень хорошо трудоустроились. А один — так лучше всех в стране.

Я имею в виду профессию секретарей обкомов партии. Уж, казалось бы, куда хуже? И должности секретарей нет, и обкомов, и самой партии. А они все при деле. Вот что значит умение хорошо устроиться в жизни. И умение применить к достижению цели все имеющиеся в распоряжении средства.

Ну нет у нас безработных секретарей обкомов. И горкомов. И райкомов. И даже безработных парторгов нет! А вы говорите, работу найти нельзя!

И еще несколько вдохновляющих примеров.

Давайте запустим на наш “безнадежный” рынок труда безработного иностранца. Лучше всего какого-нибудь китайца. Или вьетнамца. Или корейца. Запустим и посмотрим, что из этого выйдет. Ну что, не найдут они работу?

Найдут! И я уверен, и вы уверены. Не останутся они без средств к существованию.

Ведь почему-то именно к нам едут потерявшие работу молдаване, армяне, украинцы и прочие братья по союзу нерушимых республик свободных. К нам! У которых вроде бы тоже отсутствие вакансий. И устраиваются. И работают! И содержат оставленные дома семьи.

А знаете, сколько безработных латиноамериканцев, канадцев, испанцев и прочего импортного нищего люда пристроились в нашем бизнесе? Очень хорошо пристроились! Целыми семейными кланами. И уже стали миллионерами. Я сам помогал наниматься знакомым переводчикам и бухгалтерам в процветающие фирмы, открытые в Москве венесуэльскими и испанскими бомжами. Ну в смысле теми, кто с трудом наскреб на билет до Москвы. И в мгновение ока наладившими здесь прибыльный бизнес.

Тогда как-то странно получается. Они все могут, а мы нет. Получается, дело не в отсутствии работы, дело в нас. В том, что мы не умеем бороться за место под солнцем. А они умеют.

И значит, мы тоже должны учиться. Нет у нас другого выхода. И, боюсь, в ближайшее время не будет!

И значит, хочешь не хочешь — работу придется искать! И придется найти!

Механизм поиска работы

У нас он зачастую выглядит так.

— Никак не могу устроиться на работу. Все перепробовал — ни в какую! Просто хоть в петлю лезь!

— Какую ты хочешь найти работу?

— По специальности.

— А специальность какая?

— Специалист по изучению безусловных рефлексов кишечных паразитов самца синебрюхого кита. Ты знаешь, никто не берет. Я уж и в бюро по трудоустройству ходил и...

— А ты какую-нибудь другую, кроме этих китов, работу искал?

— Другой мне не надо! У меня призвание!..

Ну тогда действительно не возьмут. По этой специальности не возьмут.

А вот по другой... Пусть даже в русле прежней. Например, пусть будут паразиты, но, например, у собак породы бультерьер. Или у их хозяев. Пусть даже будут исключительно кишечные паразиты. А все равно с такой, слегка смещенной специализацией найти работу будет гораздо легче.

Понятно?

Тогда давайте попробуем...

Поиск работы надо начинать в месте потери работы. То есть, как я уже говорил, в соседнем цехе, лаборатории, кабинете. Но начать, расширительно трактуя свою специальность. От шестого токарно-фрезерного разряда до принятия родов у собак, охраняющих периметр завода.

При таком подходе вам, вполне вероятно, не придется покидать пределы своего предприятия.

При неудаче круг поиска расширяется. Вплоть до смены места проживания.

Только прежде чем обращаться в официальные и общественные организации, призванные помочь в обеспечении нуждающихся рабочими местами, следует обратиться к... листу бумаги.

Вернее, к трем листам бумаги. А лучше к трем общим тетрадям. Потому что поиск работы — это большое количество информации, запомнить которую в подробностях невозможно. А знать надо!

В первую тетрадь надо будет заносить всю собираемую вами при поиске работ информацию. К кому вы обращались, что вам сказали, когда просили перезвонить...