Андрей Канарейкин

КОЛДОВСКАЯ ПАУТИНА

Глава 1

Яген Харт, герба медведя и браги, граф Северного Взморья, барон Брасковицы и Крислы осторожно вытащил руку из сковавшей её ловушки. Ловушка имела фигурку богини любви, волнистую гриву тёмных волос и огромные серые глаза, сейчас закрытые. Тонкие руки с изящными длинными пальчиками, недавно прижимавшие его собственную, куда менее эстетичную конечность к упругой молодой груди, легли друг на друга. Парень внимательно посмотрел на сонное личико, несколько растерявшее во сне элегантность. Или может поплывший макияж создавал такое ощущение.

“Крепко я её умотал, раз она забыла его смыть на ночь,” — подумал парень и осторожно поднёс ладонь к лицу спящей, мысленно сотворил простенькое заклинание, и остатки теней, помады и туши пропали без следа. Ещё одно заклятье и покрасневшая от косметики кожа обрела здоровый цвет.

Стараясь не шуметь, Яген встал с кровати и начал собирать разбросанную по комнате одежду, а потом прошёл в соседствующий со спальней будуар, прикрыл дверь, чтобы не шуметь пряжками и подошёл к высокому, во всю стену трельяжу.

Из зеркала на него смотрел молодой парень с крепким, в меру атлетичным телом. Светлая кожа тут и там блестела пятнами и полосками застарелых шрамов. Волос на теле не было совсем, поскольку Яген считал, что если шерсть не растёт нормально, надо от неё избавляться. Ну и мышцы так выглядят рельефнее. А мышцы были неплохие - узкая талия подчёркнута выраженными кубиками слегка ассиметричного пресса, напряжённые ноги с сильными бёдрами и икрами, мощные плечи и крепкие бицепсы. Парень придирчиво осмотрел себя в поисках царапин и синяков и, не обнаружив их на видимых местах, изучил в зеркале лицо.

Резкие черты из-за опасной жизни стали ещё жёстче: ястребиный нос, чётко очерченная челюсть с волевым подбородком, тонкие губы, редко складывавшиеся в улыбку, холодные серые глаза под густыми светлыми бровями и шапка ещё более светлых коротких волос, сейчас нещадно взъерошенных после сна и ночной активности. Пока он себя рассматривал, с потолка на блестящей паутинке спустился маленький чёрный паучок. Яген хмыкнул маленькому охотнику и начал одеваться. Было бы неплохо помыться, но ванная, прилегающая к спальне его мимолётной любовницы, была отделена от помещения только тонкой дверью из марранского стекла. Звук она не задержит, а будить девушку не хотелось.

Оделся Яген быстро, благо выбрал для вчерашнего приёма дорогой, но практичный наряд: чёрные узкие штаны вентильского шёлка, украшенные серебряной вязью с изображением медведей и серебряным же шнуром по бедру заправлены в высокие сапоги из чернёной кожи гидры (той самой), короткий камзол в тон штанам, с рядом серебряных пуговиц на груди и рукавах, украшенных голубыми сапфирами, светлая нижняя рубашка. Тяжёлую золотую цепь с графским гербом он доставать из магического инвентаря не стал, чтобы не шуметь, и без неё ансамбль выглядел, наверное, чересчур мрачно даже для траурного наряда. Правда траур имел смысл: минуло ровно полгода со смерти отца Ягена и его стиль должен был отражать скорбь.

“Как и тот факт, кто здесь законный наследник,” — добавил он мысленно, смахнул с одежды несколько пылинок и всё так же тихо покинул будуар. Девушка спала столь же безмятежно, за время его отсутствия разметавшись в позе морской звезды. Теперь прекрасная грудь была ещё более манящей чем раньше, и у Ягена в голове появилась шальная мысль задержаться на полчаса-час. Появилась и исчезла, ибо будить уставшую девушку ради собственных потребностей — это как-то совсем некрасиво. Так что он ограничился лёгким поцелуем очаровательного лба, от которого личико красавицы смешно сморщилось, и бесшумно покинул комнату.

***

— Хитрый маленький свидетель

— Закрепил в окне ловитель

— Но его крупный агат

— Увидал лиценциат

— Что за слово такое, сам придумал?

— Нет. Учёная степень между бакалавром и доктором.

— Я проверю.

Толстые пальцы громадной красной руки осторожно раскрыли небольшую книгу, нашли нужную страницу. Ярко-оранжевые глаза быстро пробежали по строчкам и губы скривились в недовольной гримасе.

— Ну да, так и есть. А откуда узнал слово такое?

— Слышал как Флокси во сне рассказывала пошлую историю, в которой такой парень был главным героем.

— А почему я не слышал?

— Потому что спишь слишком крепко.

— Ну да…

— Сдаёшься?

— Сдаюсь. Ничего в голову не идёт

Странный диалог вели ещё более странные личности. Точнее - личность. На диванчике, стоявшем у обклеенной дорогими тканевыми обоями стены, сидел настоящий гигант: двух с полтиной метров роста, состоящий словно бы из одних мышц, он выглядел внушительно даже в свободной рубахе и штанах, маскировавших его грозную фигуру. Но странно было не это - странно было, что на широких плечах умещалось сразу две головы, одна бледная, заросшая белыми, густыми как медвежья шерсть волосами, а другая красная, с сухой, словно угли кожей, лысая как коленка. На коленях у странного существа лежал небольшой томик, в котором каждый образованный человек мог узнать “Краткий справочник учёных слов языка Кха для умного господина”. Огромные ладони, тоже разноцветные, под стать головам, держали книгу очень осторожно, словно боясь повредить.

Тут справа раздался звук шагов и обе головы гиганта повернулись на звук. Яген пружинистой походкой подошёл к его диванчику и махнул рукой:

— Доброе утро, Вилламп.

— Доброе утро, босс, — отозвались две башки в унисон. Руки тем временем спрятали книжку в холщовую сумку, лежавшую рядом на диване, — как спалось?

— Прекрасно, — молодой мужчина слегка повёл плечами и спросил, — вы завтракали уже?

Головы переглянулись, и ледяная ответила:

— Да нет, босс. Только недавно проснулись.

— В одиночестве? — парень иронично изогнул бровь.

Ледяной открыл рот и отвернулся, покраснев, а огненный расплылся в ухмылке и ответил:

— Не совсем, босс.

— Кухарочка?

— Кухарочка.

Яген показал огненному большой палец, на что тот ответил таким же жестом. Ледяной покраснел ещё сильнее:

— Да ладно вам, босс. Это как-то… стеснительно.

— Что-то ты вчера ночью таким стеснительным не был, — заметил огненный.

— Ну…

Яген хлопнул эттина по ледяному плечу и хмыкнул:

— Она в тебя вчера весь ужин глазками стреляла, что тут стесняться. Кстати, об ужине. Пошли поедим, там уже скоро на стол подадут.

— А хозяйка? — спросил огненный

— Она до полудня дрыхнуть будет. Пошли.

Яген махнул рукой. Гигант встал, от чего диванчик жалобно скрипнул, перекинул через грудь ремень сумки и взял прислонённую к стене здоровенную алебарду. Впрочем, алебардой она была только для такого гиганта, для обычного человека это была бы очень большая секира, насаженная на толстое длинное древко, оканчивающееся листовидным копейным наконечником. Яген недовольно посмотрел на оружие и заметил:

— Мог бы и в карете оставить.

— Не мог бы, босс, — отрезал ледяной, — мы твои телохранители, нельзя нам без оружия.

— Ну да, ну да, — блондин и эттин вели эту дискуссию уже не раз и видимо Яген сдался, — Ладно. Идём.

Они прошли по пустому богато украшенному коридору, спустились по лестнице белого мрамора и вскоре оказались в небольшом (по меркам этого особняка) обеденном зале, обставленном в помпезном староимперском стиле. За длинным столом напротив друг друга стояли два стула, один явно намного массивнее второго. Вилламп осмотрелся и положил оружие на паркет в углу комнаты, после чего осторожно опустился на массивный стул. Тот даже не скрипнул, и гигант облегчённо выдохнул. Яген занял своё место, расстегнул ворот камзола и позвонил в стоявший перед ним на столе колокольчик. Через пару минут дверь открылась и появилась толкающая перед собой тележку круглолицая девушка в белом переднике поверх тёмного платья. Сначала она подъехала к Ягену и поставила перед ним тарелку с кашей и корзинку с булочками. Блондин отодвинул было сладости, но девушка уверенно пододвинула корзинку обратно и заметила: