Барков вздрогнул и поднял глаза. Он чуть-чуть побледнел. Джи Бонаро медленно повернул голову точь-в-точь ящерица, следящая за мухой. Джилл с Рейфом выпили, не обращая внимания на пристальные взгляды.

— Парень, сказал Джилл, и в глазах его запрыгали чертики, ты не теряешь времени, верно?

Рейф повернулся.

— Кстати, Барков, произнес он, где я могу найти миссис Родни и ее дочь? Брюс Барков положил карты.

— Если у вас к ним какое-то дело, спокойно проговорил он, я им передам.

— Спасибо, ответил Рейф, но дело у меня личное.

— В таком случае, сказал Барков, и глаза его потемнели, я вас огорчу. Миссис Родни умерла. Умерла три месяца назад.

Губы Рейфа сжались.

— А ее дочь?

— Энн Родни, осторожно проговорил Барков, здесь в городе. Вскоре она станет моей женой. Если у вас к ней какое-то дело…

— То я буду вести его с ней, резко ответил Рейф. Внезапно повернувшись, он покинул бар. Джилл последовал за ним. Маленький ковбой усмехнулся; на его жестком лице обнаружились вдруг морщины, вступавшие в явное противоречие с тридцатилетним возрастом.

— Однако, босс, вы их зацепили. Он кивнул на здание через улицу. Давайте-ка попытаем счастья в магазине. Родни делал там все покупки, а хозяин, Джин Бейкер, считался его другом.

Магазин пропах кожей, галантереей и всеми разнообразными и возбуждающими ароматами, сопутствующими торговле. Обогнув кипу джинсов, Рейф подошел к длинному прилавку, позади которого на полках можно было найти все что угодно от перца до винтовочных патронов.

— Где я могу найти Энн Родни? поинтересовался он.

Седовласый хозяин бросил на него быстрый взгляд. Затем кивнул направо. Рейф повернулся и обнаружил, что смотрит в большие, нежные, темные глаза стройной девушки в ситцевом платье. Губы тонко очерчены, темные волосы свободным узлом собраны на затылке. Она была так красива, что у Карадека перехватило дыхание.

Девушка улыбалась; в глазах ее читался вопрос.

— Энн Родни это я. Что вам угодно?

— Меня зовут Рейф Карадек, мягко сказал он. Меня послал ваш отец.

Лицо ее побелело так, что побелели даже губы. Девушка отступила, опустив руку на прилавок, словно искала опоры.

— Вы пришли… от моего отца? Но ведь… Брюс Барков, который, оказывается, следовал за ним, встал перед Рейфом с побагровевшим от гнева лицом.

— Вы ее до смерти напугали, рявкнул он. Чего вы добиваетесь, явившись сюда со своей выдумкой? Чарлз Родни умер почти год назад! Его убили из-за денег, которые были при нем. Уж не причастны ли вы к этому?

Внезапно Рейф осознал, что на него пристально и озадаченно смотрит Джилл. Карадек понимал, что Джилл знает его недостаточно и потому вполне может заподозрить в дурных намерениях. Джин Бейкер также холодно изучал его; в глазах торговца явно проступало подозрение. Смотрела на него и Энн Родни совершенно ошеломленная.

— Нет, хладнокровно ответил Рейф. Я не убивал его, но мне было бы интересно знать, что заставляет вас считать его мертвым?

— Считать мертвым? Барков грубо рассмеялся. Я был с ним, когда он умирал! Мы его нашли возле тропы с пулями в теле. Я принес сюда его вещи и отдал миссис Родни.

— Мисс Родни, начал Рейф, смогу ли я поговорить с вами наедине?

— Нет, прошептала она. Я не хочу разговаривать с вами. Прийти ко мне с выдумкой! Чего вы от меня хотите?

— Вас почему-то ввели в заблуждение, сказал Рейф. Ваш отец умер не больше двух месяцев назад.

— Убирайся отсюда! приказал Барков, положив руку на револьвер. Не знаю, какие у тебя планы, но если хочешь себе добра, выметайся из этого города как можно скорее.

Энн Родни резко повернулась и выбежала из магазина через внутреннюю дверь, ведущую в квартиру хозяина.

— Вам действительно лучше убраться, мистер, грубо сказал Джин Бейкер. Мы знаем, как умер Родни. Три человека были при этом.

Рейф Карадек повернулся и вышел наружу. Он знал, что Джилл последует за ним.

— Босс, сказал Джилл, я не трус, но обирать юную леди, нет, это не по мне. Вам лучше сесть в седло и уехать.

— Не торопись с выводами, Джилл, посоветовал Рейф. Советую поговорить с Тексом. Он был с нами и знает все о смерти Родни не хуже меня. Если они принесли сюда его вещи, значит, за этим кроется куда больше, чем мы предполагали.

Джилл топнул ногой по доске тротуара.

— Текс был с вами? Черт побери, парень! Это меняет дело.

— Прежде чем разобраться во всем, нам предстоит провести настоящие раскопки, Джонни! прибавил Рейф. Я тебе не рассказывал, что Барков держал закладную на ранчо Родни и что Родни расплатился по ней, а затем не вернулся домой.

Джилл взглянул на Рейфа, губы его сжались.

— Тогда я скажу, что этот Барков подлый хорек. Давите его повяжем!

— Еще рано, Джонни. Пока рано.

Таких осложнений Рейф не предвидел. Расскажи он о подлинных обстоятельствах смерти Родни, ему пришлось бы представить доказательства. Но в таком случае он мог быть арестован за бунт на корабле, а это пахло виселицей. От его молчания зависела не только собственная жизнь, но жизни Бриско, Пенна и Муллени.

И все же выход должен был найтись.

ГЛАВА 3

Яркие солнечные лучи словно высвечивали что-то в сознании Карадека; он начал кое-что понимать и то, что понял, удивило его. Если какие-то вещи Родни возвращены в Пайнтед-Рок, значит те, кто возвращал их, были осведомлены об обстоятельствах его похищения. Как иначе они могли заполучить его имущество?

Булли Борджер зашанхаил себе экипаж с помощью погребка на Гонконг-Бол. Таким образом избавлялись от людей отнюдь не впервые, и понятной становилась злоба, с какой Борджер избивал Родни. Без сомнения, все это было частью плана, направленного на то, чтобы Родни никогда не вернулся в Америку. Однако быть убежденным и суметь доказать совсем не одно и тоже. Земли на Западе много. Почему же тогда, спросят люди, Барков пустился на такие ухищрения, чтобы приобрести именно этот участок, когда рядом пустуют незанятые земли?

На имевшейся у Рейфа квитанции стояла подпись Баркова, но она могла быть объявлена поддельной. Прежде всего, следовало найти мотив преступления кроме стоимости двух акров и денег, выплаченных по закладной. Конечно, людей не раз убивали и за меньшее, однако Брюс Барков не был человеком, который играет по мелочи.

Карадек закурил и посмотрел вдоль улицы. Он должен учесть и другое. Барков предупрежден. На что бы он на ставил, включая девушку, его планы будут в опасности до тех пор, пока Рейф жив или не покинул страну. Это обстоятельство выступило четко и рельефно. Барков теперь знал, что ему необходимо убить Рейфа Карадека.

Рейф отдавал себе полный отчет в ситуации. Его жизнь протекала среди людей, безжалостно игравших по самым высоким ставкам. Для него не было потрясением, что люди могут совершить не то, что одно, хоть дюжину убийств, если это помогает достичь желаемого. И он знал, что отныне должен быть всегда начеку:

Отправив Джилла купить пару вьючных лошадей, Рейф повернулся, и вошел в магазин. Барков ушел, а Энн Родни все еще не было видно. Бейкер посмотрел на него без малейшего намека на радушие.

— Если у вас есть какое-нибудь дело, произнес он, изложите его и уходите. Чарльз Родни был моим другом.

— Ему нужны были, друзья поумней, резко ответил Рейф. Я пришел сюда купить припасы, но если угодно можете задавать вопросы. Например, где доказательства того, что Родни был убит год назад? Несколько вещей, которые могли быть украдены? И можно ли верить тем троим, что засвидетельствовали его смерть? Если Родни поехал в Сан-Франциско за деньгами, как оказались у него на пути Барков и другие?

— Это ни к селу, ни к городу, грубо отозвался Бейкер. Что вам нужно? Говорите, я не откажу ни одному человеку в провизии.

Карадек хладнокровно заказал все, в чем нуждался, понимая, что Бейкер его изучает. Торговец казался озабоченным.

— Где вы живете? внезапно спросил Бейкер; враждебности в его голосе, казалось, поубавилось.