Свечи окончательно догорели где-то через час, может чуть больше. Стало совсем темно. Лишь звук дождя, мерный и успокаивающий. Так и уснула, на деревянном полу, среди оплывших свечей и черных линий очень надеясь, что проснусь все же не здесь, а где-нибудь в более привычном месте.

Желания мои никогда не исполнялись. Даже когда на новый год я просила у Деда Мороза велосипед или роликовые коньки, неизменно получала куклу. Под конец даже начала подозревать, что Дедушка не умеет читать. А когда узнала, что роль Деда Мороза неизменно исполняли родители, успокоилась. Потому что легче было смириться с мыслью, что все это обман, чем с явным дефектом чудесного волшебства.

Вот и теперь, мое невинное желание никто выполнять не торопился. Проснулась я от внимательного взгляда. На холодном полу.

Черт, в мятой рубахе, не менее мятых штанах, босиком, с распущенным волосами сидел на корточках и разглядывал своего будущего работника. Поймав мой взгляд усмехнулся и протянул злосчастный договор.

-Подписывай, - заметив, как скривилась моя физиономия, пригрозил, - иначе останешься без завтрака и обеда. Приду вечером перед ужином и ты все равно подпишешь.

Живот требовательно заурчал, недвусмысленно дав понять, что в отличие от хозяйки, все происходящее он сном не считает. Хвостатый изверг широко улыбнулся и почти ткнул свиток мне в нос. Скосив глаза на корень всех моих проблем, я тяжко вздохнула и попыталась развязаться. Ночью, видимо от холода, я свернулась в такую замысловатую фигуру, что при пробуждении, закостеневшее тело не хотело разгибаться обратно. Заметив мое состояние, черт сочувственно хмыкнул и туманно пообещал:

- Сейчас подпишешь и я тебе помогу.

Тело ныло, в голове звенело, а горло побаливало и единственное, чем он мог мне помочь - это прибить, чтобы не мучилась. Подумать только, одна ночь на полу и я уже простудилась.

Подписывать договор не хотелось, а уж собственной кровью тем более. Сейчас я уже не была уверена, что это все игра моего расшалившегося воображения. В конце концов, плохо мне было на самом деле. А следовательно, стоило бы прояснить некоторые вопросы, прежде чем хоть что-то делать.

- Где я? - слова болезненно царапали горло.

- Я все расскажу тебе и объясню, но только после того как ты подпишешь контракт.

- Я на больную похожа?

Черт обидно хохотнул и признался:

- Именно на больную ты сейчас очень похожа. Жалкое зрелище.

Хвост, полностью согласный со своим хозяином обвил его руку и чуть постукивая пушистым кончиком по свитку недвусмысленно намекал чего от меня ждут. А мне стало обидно. Вчера я была здоровой и вид имела вполне презентабельный, пока не встретилась с этим чудовищем хвостатым.

- Не подпишу!

- Да откуда ж ты такая упрямая на мою голову взялась? - черт опять начал раздражаться. А я не спешила ему объяснять, что если бы подписывать нужно было чернилами, то, вполне возможно, моя корявая завитушка уже красовалась бы на свитке. Но кровью., к такому я была морально не готова. Вопреки всему я была человеком суеверным и жертвовать свою кровь на всякие подозрительные мероприятия не собиралась.

Впрочем, под тяжелым взглядом против воли попыталась оправдаться. Наверное, лучше бы я этого не делала:

- Ты бы сам как на моем месте реагировал, если бы какое-нибудь хвостатое чудовище, - на этом месте черт обиженно засопел, но промолчал, а меня понесло, - неизвестно каким образом притащило тебя в подозрительное место, требовало подписать какой-то бред из которого вообще ничего непонятно, кроме того, что ты должен что-то читать и беспрекословно слушаться психа-энтузиаста с мутными намерениями. К тому же подписывать нужно своей кровью, что совсем не здорово.

Переведя дыхание, под тяжелым взглядом обиженного черта я продолжила:

-Я к донорству вообще не склонна, мне от вида крови плохо становится. И вообще, психика у меня хрупкая и тебе очень повезло, что я все еще вменяемая и истерики не устраиваю, - последнее я почти прокричала, понимая, что вот она, на подходе, та самая истерика, которую я не устраиваю.

- Закончила? - голос был тихим, но устрашающим. Сглотнув я кивнула и взвизгнула, когда разделяющая нас черта тускло вспыхнув растаяла, а черт, бросившись вперед уронил меня обратно на пол и, усевшись верхом, кровожадно улыбнулся. В его руке блеснул вчерашний ножик. Перехватив левую руку, он с силой сдавил запястье, пальцы, сжатые в кулак безвольно разжались. Я пыхтела, колотила свободной рукой по его плечу, била ногами по полу, но не могла вырваться. Не кричала, потому что знала, была уверенна, что на пару километров вокруг людей нет и на помощь мне никто не придет. И это знание пугало.

Легкого надреза я не почувствовала. Воображение рисовало кровавые расправы, потому не обратило внимания на такую незначительную деталь, как условно поцарапанный палец. Поняла, что убивать меня не собираются, лишь когда меня отпустили. Встряхнув свитком и быстро его свернув, черт довольно улыбнулся и протянув мне когтистую руку спросил, как ни в чем не бывало:

- Ну что, пошли завтракать? Я жутко голодный.

Посасывая пострадавший палец я возмущенно разглядывала возвышавшегося надо мной мучителя. Было обидно до слез:

- Так не честно! Это не считается!

- Почему? - помахав в воздухе свитком, он нагло заметил, - ты бы его все равно подписала, никуда не делась бы, а так я избавил тебя от нескольких неприятных часов. Поблагодарила бы лучше.

Задохнувшись от возмущения я дернула ногой, метя в неприятельскую голень и промахнулась, нога всего мгновение назад стоявшая прямо на линии удара незаметно сместилась, я завалилась на пол от рывка, а мой насильно навязанный хвостатый наниматель обидно хохотнул, но от комментариев воздержался. Даже руки не убрал, продолжая ждать, когда я сдамся.

С пола я поднималась самостоятельно, кряхтя и охая, но упорно игнорируя протянутую руку. Есть хотелось больше, чем выяснять отношения и восстанавливать душевное равновесие.

Подумать о важном можно и на сытый желудок. На очень сытый желудок. Запасы черта я планировала подчистить основательно. Он еще сам меня вернет туда, откуда взял. Лично.

Глава вторая. Читать как по книге

Я была права, место моего недолгого заточения действительно оказалось чердаком, и это было единственное радостное открытие за все утро. Хотя вру, второй и последней радостью был завтрак. Насколько я подозреваю готовил мой насильно навязанный работодатель, который грозился свернуть мне шею, если я еще раз хоть мысленно назову его хвостатым чудовищем. Хотелось бы знать, кто ему об этом расскажет. Уж точно не я.

В небольшом домике, состоящем из двух спален, одна из которых больше напоминала переделанную кладовую, большой комнаты, совмещавшей в себе кухню, гостиную и столовую и того самого злосчастного чердака, было тихо и даже уютно. Что почему-то огорчало. Не так я представляла себе берлоги сказочных злодеев.

Завтрак прошел в молчании. Я заедала стресс и на внешние раздражители не реагировала. А мой работодатель - интересно, мне его теперь боссом величать? - не спешил завязывать со мной беседу.

Лишь когда тарелка моя опустела, а еда приятной тяжестью осела в желудке, залитая немного странным, но довольно вкусным напитком, черт все же соизволил подать голос:

- Думаю мне стоит тебе все объяснить, пока действие трав не прошло?

- Каких трав? - разглядывая пустое дно пузатой глиняной чашки я мечтала лишь о мягкой постельке и к серьезным разговорам была не готова.

- Когда это случится, - мой вопрос вновь проигнорировали, а я поняла, что нужно было вчера все же дочитать контракт до конца. Потому что такого отношения мое и без того хрупкое самолюбие не выдержит, - ты можешь повести себя странно, возможно несколько нервно и мне бы хотелось объяснить тебе ситуацию до того как

ты...

- До того как я что?

Черт замялся и решил не развивать тему, приступив к делам насущным:

- Не знаю почему ты так не хотела подписывать контракт. Он весьма щедрый.