Брайан Олдисс

Долгие сумерки земли

Исключительно для Чарльза и Томми Парр от соратника

Посмотри, как теплится жизнь;

Как угасшее, было, растение оживает

вновь.

Одна форма жизни, умирая, питает

другую.

Рождаясь в бесконечном море материи,

Жизнь восстаёт из него, цветёт, затухает

И вновь возвращается в море.

Александр Поп “Очерк о человеке”
Долгие сумерки земли [Теплица] - pic_1.png

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

I

Неумолимый закон существования заставлял их тянуться выше и выше, распространяясь буйно и беспорядочно подавлять все окружающее, в своём единственном стремлении выжить.

Тепло, свет, влажность оставались неизменными на протяжении… Но никто не помнил, когда наступило это великое постоянство. Никто не искал ответа на вопросы, которые начинались словами “Как долго?…” или “Почему?…” Никто не задавал подобных вопросов. Разума больше не существовало, осталось сознание, обслуживающее лишь простейшие инстинкты. А ещё были растения, огромное множество видов и форм, росших как в теплице…

В лучах далёкого света резвились дети. Играя, они побежали вдоль ветви, негромко окликая друг друга. Но каждый из них был начеку, кругом — враги. Пространство ниже площадки, на которой они играли, за время их сна заросло неттльмосом. При приближении детей он зашевелился.

— Убейте его, — спокойно сказала Той.

Девочка десяти лет была Вожаком в группе, и десять раз в её жизни цвело фиговое дерево. Остальные дети, даже Грэн, слушались её. Выхватив палки, которые каждый ребёнок носил при себе, подражая взрослым, они набросились на крапиву. Забыв на миг об осторожности, стали рубить растение, сбивая ядовитые шипы.

Клэт, пятилетняя девочка, самая младшая из детей, оступилась и упала. В руки ей вонзились ядовитые шипы. Она закричала. Крик её подхватили другие дети, но никто из них не бросился ей на помощь.

Маленькая Клэт визжала, пытаясь выбраться из крапивы. Её пальцы скользнули по грубой коре — она сорвалась и, пролетев какое-то расстояние, упала на большой лист.

— Зови Лили-йо! — закричала Той Грэну.

Тот помчался назад и столкнулся с молодой самкой тайгерфлай, явно недовольной тем, что её побеспокоили. Он сбил её ударом кулака, даже не остановившись. Мальчику было девять лет, а мальчики рождались теперь очень редко. Невероятно смелый, ловкий и гордый ребёнок. Изо всех сил он бежал к жилищу Старшей Женщины.

С ветви свисало восемнадцать огромных орехов. Пустые внутри, они прикреплялись к ветви цементом, изготовленным из растения актиойл. Здесь жили восемнадцать человек, каждый в своём орехе: Старшая Женщина, пять женщин, мужчина и одиннадцать оставшихся в живых детей.

Услышав крик Грэна, из своего ореха вылезла Лили-йо и подошла к мальчику.

— Клэт упала! — закричал Грэн и бросился назад, к зарослям крапивы.

Сильно ударив палкой по суку, Лили-йо кинулась за ребёнком.

На её сигнал появились шесть взрослых: женщины — Флор, Даф, Хай, Айвин, Джури и мужчина Харис. Они быстро выскочили из своих орехов и приготовили оружие.

На бегу Лили-йо громко и отрывисто свистнула. И сразу же сверху, из кроны деревьев, вылетел дамблер и завис над ней, раскрыв свой зонтик, покрытый множеством волосков.

Все собрались вокруг Лили-йо, которая смотрела вниз на Клэт. Девочка по-прежнему лежала на листе.

— Лежи спокойно, Клэт! Не шевелись! — крикнула Лили-йо. — Я иду к тебе.

Девочка замерла, повинуясь приказу.

Лили-йо ухватилась за основание дамблера и тихо засвистела. Она была единственной из всех, кто в совершенстве постиг искусство управления дамблерами, наделёнными слухом — плодами дерева уисл. Похожие на перья перепонки поддерживали зонтик и оканчивались семенами странной формы. Уловив колебания воздуха, они превращаются в уши, “слышащие” даже лёгкое дуновение ветра, который подхватит семена-зонтики и разнесёт их. Потратив многие годы, люди научились использовать эти уши в своих целях. Использовала их сейчас и Лили-йо.

Дамблер нёс её вниз к беспомощному ребёнку. Клэт лежала на спине и видела, как они приближаются. Она все ещё смотрела вверх и надеялась на спасение, когда лист, на котором она лежала, пробили зелёные щупальца. Под листом трэппер, почувствовав добычу, приготовился к нападению. Это была рогатая, похожая на кокон “штуковина” с большими квадратными челюстями, усеянными множеством длинных зубов. С одного конца кокона торчал толстый, толще человеческого тела в обхвате, стебель, похожий на огромную шею.

— Прыгай, Клэт! — закричала Лили-йо.

Но девочка успела только встать на колени. Щупальца мгновенно обвились вокруг её талии. Стебель выгнулся и понёс Клэт вниз к невидимой за зеленью земле, к развергнутой у самых корней зубастой пасти.

Управляя дамблером при помощи свиста, Лили-йо вернулась обратно. Клэт уже ничего не могло спасти. Все было кончено.

Взрослые и дети быстро разошлись. Ибо, оставаясь долгое время на ветви, они могли привлечь своих бесчисленных лесных врагов. Кроме того, смерть Клэт одна из многих, в их полной опасностей жизни.

Когда-то группу Лили-йо составляли семь женщин и двое мужчин. Две женщины и мужчина погибли в зелени. Восемь женщин родили двадцать два ребёнка, из них лишь пятерых мальчиков. Теперь, с утратой Клэт, у Лили-йо осталось меньше половины детей. Она знала, что это ужасно высокий уровень смертности, и во всем винила только себя. Зелень полна опасностей, но о них знали, и от них защищались. Но главное, в чём винила она себя, то, что среди живых детей остались только трое мальчиков: Грэн, Поас и Вегги. Где-то в глубине души смутное чувство подсказывало Лили-йо, что из всех троих именно Грэн создан для неприятностей.

В лучах зелёного света Лили-йо по ветви возвращалась домой. Дамблер, оставшись без ушей, улетел куда-то в сторону. Подойдя к домам-орехам, Лили-йо остановилась и, используя ветви и стебли в качестве лестницы, спустилась в один из них. Орех Клэт… Старшая Женщина едва смогла протиснуться внутрь — такой узкой была дверь, Люди старались делать их как можно более узкими и расширяли проем только тогда, когда проникновение в дом было крайне затруднено. Это позволяло избавиться от непрошенных гостей.

В жилище Клэт все было крохотным. Постель, сделанная из мягких внутренних волокон ореха. Пятилетняя девочка спала здесь, когда у неё появлялось желание: на лес никогда не опускалась ночь, а только неизменный, вёз время одинаковый зелёный свет… Сейчас на кровати Клэт лежала маленькая деревянная фигурка. Лили-йо взяла её и засунула за пояс. Затем вылезла из ореха, достала нож и несколько раз с силой ударила по тому месту, где орех крепился к дереву. Домик Клэт качнулся, оторвался от дерева и полетел вниз. И сразу же раздался громкий треск и шелест листьев: там, внизу, кто-то уже дрался за право стать хозяином того, что упало сверху.

Лили-йо забралась на ветвь и тяжело вздохнула. Дышать становилось все труднее. Она построила слишком много жилищ, родила слишком много детей и слишком часто ей приходилось сражаться за свою жизнь. Она посмотрела на свои обнажённые зелёные груди. Они уже утратили упругость, присущую им в бытность её первого мужчины — Хариса, Сейчас они обвисли и совсем утратили форму. Инстинктивно она чувствовала: молодость прошла и настало время Ухода.

Люди стояли у Впадины и видели Лили-йо. Она побежала к ним быстро и уверенно, как всегда, хотя сердце сжималось в смертельной тоске. Похожая на перевёрнутую подмышку впадина образовалась в месте, где ветвь соединяется со стволом, и хранила запас воды.

Взрослые и дети смотрели на вереницу термитов, поднимавшихся по стволу дерева. Время от времени кто-нибудь из термитов кивал людям в знак приветствия. А в ответ люди макали руками. Если у них и имелись союзники, то это были термиты. Только пять больших семей сумело выжить в этой буйно разросшейся зелени: тайгерфлай, древесные пчелы, плантанты и термиты. Каждая семья имела свой общественный строй, была могущественна и непобедима. Пятую семью представляли люди. Слабые и неорганизованные. Последний животный вид в мире, завоёванном растениями.