Но толпа вокруг возбужденно гудела, особенно в том месте, где стояла табличка с надписью: «ЭТИ МОДЕЛИ РАСПРОСТРАНЯЮТСЯ ТОЛЬКО ПО СПЕЦИАЛЬНОМУ ЗАКАЗУ».

Подойдя ближе, мы с Лизбет сразу поняли почему.

— Фу, Хэйз! — воскликнула она. — Господи, это отвратительно!

Под табличкой Джейкоб и Джессика в чем мать родила лежали на кукольной кроватке и вовсю предавались утехам плотской страсти. Нет, честное слово, все выглядело очень натурально.

— Придется вычеркнуть специальный заказ из списка, — пробормотала Лизбет.

— Энергичные ребята, правда? У них неплохо получается.

Лизбет поморщилась.

— Как будто на свете нет ничего лучше, чем трахаться до умопомрачения. Ты не согласен, Хэйз? Уверена, этих кукол программировал мужчина, причем в возрасте от шестнадцати до тридцати пяти. Нужно поручить переделку кода какой-нибудь женщине.

— Хочешь попробовать? — спросил я. Лизбет специализировалась по биосхемам и считалась лучшим экспертом в Агентстве перемен. — И что ты думаешь там поменять, мое сокровище? Чтобы все Джейкобы были похожи на меня?

Ее губы мягко коснулись моего уха.

— Знаешь, а это неплохая идея, Хэйз. Кажется, официальная часть вечера уже закончилась, — проворковала она. — Как насчет того, чтобы вернуться домой? Может, там мы сыграем в нашу собственную игру?

— Хорошо, уходим, — согласился я и, взяв ее за руку, повлек за собой сквозь бурлившую в зале толпу.

Лучший вечер в нашей профессиональной жизни обещал стать еще более заманчивым. И гораздо более интимным.

Мы с Чертенком ехали домой.

Здорово!

Глава 7

Но тут наши дела стали принимать скверный и даже опасный оборот.

Перед президентским особняком стояли вышколенные электронные дворецкие и провожали богатых и знаменитых гостей к длинному ряду ожидавших их лимузинов. Мы с Лизбет сели в полностью автоматизированный автомобиль, взятый напрокат в Агентстве, чтобы насладиться воздушной прогулкой по элитному кварталу в Нью-Лейк-Сити.

Вокруг громоздились сверкающие стоэтажные здания, среди которых с невероятной скоростью сновали летающие автомобили, автобусы и грузовики. Чертенок была совершенно права: мы правили миром. Раз уж элиты спасли планету, почему бы нет?

За районом роскошных небоскребов черными дырами зияли человеческие трущобы. Грустное зрелище, хотя они это и заслужили. Впрочем, президентский план поможет покончить с ними раз и навсегда. Люди уже показали, что не заслуживают ни малейшего доверия.

Мы с Лизбет прилипли друг к другу, как два возбужденных подростка. Небольшой разогрев перед предстоящей ночью. Лизбет отпускала шуточки насчет президентских комплиментов.

— Я хочу, чтобы ты попробовал новые пилюли «Раптор», Хэйз. Гарантированный двухминутный оргазм.

— Если ваш оргазм длится больше часа, обратитесь к врачу, — сострил я, наклонившись для поцелуя.

И тут вдруг что-то грохнуло по крыше «Даймлера», словно на нас свалился метеорит. Чудовищный удар смял сверхпрочную титановую оболочку, нас тряхнуло, и мы шлепнулись на улицу, совершив жесткую посадку.

— Хэйз! — встревоженно воскликнула Лизбет. — На нас напали? Но это невозможно! Как они посмели?

В первый момент я ничего не мог разглядеть сквозь вдребезги разбитые окна. Потом услышал вопли и топот ног. К нам быстро бежали люди — шесть или семь человек.

Еще не успев отстегнуть ремни безопасности, я почувствовал отвратительный запах их тел. Гнусные твари. Сбросили на нас чужую машину, чтобы заставить приземлиться, и теперь мчались со всех ног, собираясь убить. Ограбление, может быть, изнасилование — вот что они нам готовили, причем обоим.

Как и все элиты, я терпеть не мог людей. Они были невероятно ленивы и глупы, и от них всегда разило той тошнотворной пищей, которую они в себя запихивали. Элиты называли их не иначе как скунсами, хотя по образу жизни они больше смахивали на гиен или бешеных собак. Все, что знали люди, — это насилие, ложь и тупая злоба, и так на протяжении всей истории. Они сами написали об этом кучу книг, от Горация и Гомера до Томаса Фридмана и Стига Ларссона.

Как сотрудники Агентства перемен, мы с Лизбет несли этим варварам закон и порядок, а также справедливое возмездие за их преступления. Напасть на элитов, да еще в закрытой зоне, — за столь дерзкий поступок они заслуживали самой худшей кары: медленной смерти.

Теперь я разглядел, что это была довольно гнусная компания даже для людей. Злобные, угрожающие лица, а в руках острые как бритва ножи и резаки или старомодные короткостволы.

Мои встроенные сенсоры мгновенно отсортировали членов банды по уровню опасности: от минимальной до критической. Я сразу понял, что трое из них имеют биотехнические усилители: улучшенную мускулатуру, суставы и нервные рефлексы. Это было довольно необычно, хотя в принципе возможно: современная биоинженерия могла усовершенствовать человеческий организм почти до уровня элита.

— Ну что, готова? — спросил я Лизбет.

Моя жена имела докторскую степень по техническим наукам и коэффициент ай-кью на уровне гения, но при этом была великолепным уличным бойцом. Я тоже — только с ученой степенью по истории.

— Мне бы обувь получше, — пробормотала Лизбет и поморщилась, взглянув на свои бальные туфли.

Глава 8

Я рывком распахнул дверцу лимузина, использовав ее как щит, и выскочил наружу. Лизбет мгновенно последовала за мной; ее красивая нога сверкнула под вечерним платьем, и острый каблук вонзился одному из негодяев в ухо. Тот отшатнулся, взвыв от боли.

— Бросай оружие! — заорал я.

Никто не послушался. Понятное дело.

Я выбрал самого слабого из нападавших и вильнул в сторону, когда тот махнул в воздухе огромным резаком. Перехватив его запястье, я применил прием и швырнул противника на тротуар. Тот глухо шлепнулся о фонарный столб и сполз на мостовую. Звук был, как у хрустнувшей в мешке бутылки.

Интересно, успел ли он его услышать, прежде чем у него треснул череп?

На меня с воплем налетел еще один урод. Сделав ложный выпад, я спружинил вверх, прокрутил сальто в воздухе и со всей силы обрушился на бандита сверху, раздробив ему плечевые кости.

— У троих — полное усиление! — предупредил я Лизбет.

— Ясно, Хэйз. Спасибо, милый. Я буду понежнее.

Следующий противник оказался умнее — его явно чем-то накачали. Он не стал драться, а бросился наутек: притворился, что удирает. Я настиг его десятью гигантскими шагами.

Когда мои пальцы почти вцепились в его правый локоть, он молниеносно развернулся, и в его левой руке блеснул второй нож. Лезвие вспыхнуло в миллиметре от моего горла, и я услышал, как сталь просвистела в воздухе.

— Хорошая попытка, — одобрил я. — Впечатляет.

Одним движением я догнал его улетавшую в пустоту руку и выбил из нее нож, а вторым мощным ударом сзади размозжил ему правый локоть. В следующий момент голова умника уже торчала в уличной ограде, зажатая, как в ошейнике, между плотно стянувших шею железных прутьев.

— Не волнуйся, — успокоил я его. — Полиция тебя вытащит.

Для допроса мне была нужна хотя бы парочка живых ублюдков. Не стоило об этом забывать.

Я оглянулся на Лизбет — убедиться, что с ней все в порядке. Моя очаровательная женушка только что избавилась еще от одного навязчивого поклонника сокрушительным ударом в ребра, изобразив при этом что-то вроде балетного па. На досуге она занималась танцами и иногда устраивала домашние представления для меня и дочурок.

— Так держать, доктор Бейкер! — крикнул я.

— Есть, доктор Бейкер!

Я переключил внимание на последнего бандита — самого опасного из всех, если верить моим сенсорам. Тот все еще сидел за рулем машины, которой они протаранили наш лимузин: он не участвовал в драке и только следил за ней со стороны. Кто это — трус или «мозг» группы? Конечно, если у людей вообще есть мозги.

И вдруг я понял, что это не «он», а «она». Короткой стрижкой атаманша смахивала на мужчину, но фигура и лицо были явно женские.