– Не-не-не, уж будьте любезны, давайте-ка про сюрприз, а потом домой! – всполошилась я, что ж там за сюрприз такой?

– Да ты садись в машину, – подтолкнула меня Ната, – я тебе все расскажу по дороге!

Когда мы тронулись с места, Ната сказала:

– Короче, мы мой день рождения будем отмечать в лесу, ну, в домике, конечно! Но домик в лесу!

– Чего-о-о-о? Это в том самом, где водятся медведи, рыси, лоси и еще всякое из передачи 'В мире животных'?

Дело в том, что как только Наташа с мужем переехали в этот городок, я стала слышать от нее истории об охоте в тайге, ибо местные жители, помешанные на рыбалке и охоте от близости с природой, затянули в это действо Валерку. Я люблю природу, всегда за какой-нибудь поход, на шашлычки у речки, но с условием, что вечером мы вернемся в цивилизацию, где будет горячий душ, унитаз, телевизор, электричество. Ну, понятно, да? А Наташка меня пичкала историями о том, как нефтяники, живущие в вагончиках в глубине тайги, рассказывают истории о медведях, наведывающихся к ним в гости, чтоб спереть еду. Или еще говорила, как ее муж охотился на кабана и тот чуть не снес и не покалечил напарника Валерки.

И вот после этого они хотят везти меня в лес??? Отмечать день рождения? Я сглотнула комок в горле.

– А…, – пискнула я в абсолютной тишине салона машины, – мы туда только на день и все?

– Ну… Иринка, на день не получится, потому что пока доедем, пока мужики на охоту сходят… Короче, дня на два, наверное…

Я опять сглотнула. Вспомнила своего начальника, который не хотел меня отпускать. Что ж ты, сволочь такая, дал мне отпуск, а? Ведь работы непочатый край. Итак, терпеть не могла своего шефа – Владимира Сергеевича, а сейчас вдвойне возненавидела.

– Ну, Иришка, у меня ведь юбилей! Кроме того, будет весело, правда!

– Ой, ну что ты, дорогая моя, в этом я не сомневаюсь, – согласно кивала я, – уж я точно запомню эту поездку на всю жизнь!

Валерка тихо посмеивался. Н-да, если б мне сразу сказали, что юбилей планируется отмечать с медведями в чаще леса, а не в ресторане с богатыми дядями, владельцами нефтяных скважин, я б точно не приехала.

Наташа решила меня отвлечь и стала рассказывать про дочек. Настя уже пошла в первый класс, а Аленка ходит в садик. Больше всего меня рассмешила история про то, что Аленка однажды в садике не общалась ни с кем, с утра до вечера бегала и махала руками. Когда Валера пришел за ней и спросил, почему она себя так странно ведет, она ответила, что она бабочка, а бабочки не умеют разговаривать, они только порхают.

Так незаметно приехали к дому, где жили Ната с мужем. Стоит отметить, что город был красивый. Очень чистый, ухоженный, не то что наша уральская серость.

Мы пошли в подъезд, Валера тащил мою сумку. В квартире было темно и тихо, дети спали. Меня проводили в комнату, где я буду временно обитать. Это была маленькая комнатушка, пока для гостей, а в дальнейшем спальня одной из девочек. Пока они спали вместе. Квартира была четырехкомнатной, большой, ремонт обалденный. Я сразу вспомнила свою полуторку. Вы не поверите, но мне еще больше захотелось домой.

Я обреченно вздохнула и стала доставать вещи. Минут через пятнадцать Наташа выдала мне халат с полотенцем, и я пошла в душ. Мылась я долго, с удовольствием, смывая все воспоминания о поезде, о китайской лапше, пьяных мужиках. Из кухни полз ароматный запах борща. Черт, а ведь хорошо! И не зря я приехала! Пусть мне тридцать скоро, если верить Вере Алентовой, жизнь начинается только в сорок лет! Я работаю старшим менеджером в фармацевтической компании, у меня есть друзья, родные, и сейчас я в гостях своей лучшей подруги!

В это время на кухне включили телевизор, и я услышала Григория Лепса, извещающего меня о рюмке водки на столе. Я вышла из ванной. Валеры не было, он редко принимал участие в наших бабских посиделках, скорее всего у телика тусуется. За столом сидела Натка, перед ней стояла тарелка полная борща, свежие овощи, соленые овощи, сало и запотевшая бутылка водки. Я расхохоталась.

– Может, сбавим градус? Вина нет?

– Да ну тебя! Давай по рюмке хоть! Под борщец само то!

Пришлось согласиться.

– А можно я на девочек посмотрю? – сказала я.

– Завтра посмотришь, еще неделю будешь любоваться ими, садись давай и ешь!

Я села за стол. Борщ я умяла быстро, а водочка пошла еще быстрее. Я уже забыла, когда пила столько водки. Только в молодости, наверное, когда не знаешь меры, на утро плохо, но воспоминаний на всю жизнь. Сначала мы хохотали, вспоминая нашу молодость, школу, институт. Потом плакали, сначала по причине моего одиночества, затем решили, что моя тетя Рая дура, раз говорит мне гадости. И давай плакать из-за нее. Короче, состояние было такое, что пофиг из-за чего плакать, лишь бы слезу пустить. Потом настал черед песен, причем все начиналось тихо, но когда мы с Наткой, упершись лбами друг в друга, орали во всю глотку: ' ЧЁООООООРНЫЙ ВОООООООРОООООООООООООН, ЧТО Ж ТЫ ВЬЁЁЁООООООШЬСЯАААА…', на кухню в семейных трусах пришел взлохмаченный и заспанный Валерка, объявив нам, что все, пора расходиться.

Дальше я помню, что Валерка меня приволок в комнатку, и я рухнула на кровать, как сосна. Я даже успела подумать, что на новом месте нужно ведь жениха загадать. И вырубилась. Но ненадолго. Через час я рванула обнимать унитаз. Во позор-то…

Зато утром, глядя на стонущую Наташку, я решила, что лучше уж очистить желудок и быть огурцом, чем так болеть с похмелюги.

У Натки тоже был отпуск, а Валера работал вахтовым методом. То есть два месяца находился дома, потом уезжал на такой же период на работу. Так что сегодня обычной жизнью жили только Настя с Аленкой. Одной нужно было в школу, другой в садик. Валера, как вчера не пьющий и сегодня не болеющий, повез детей по инстанциям. Этот момент я пропустила, позорница, никак не могу детям отдать подарки. А мамочка их вообще была невменяемая.

– Нат, ты чего, пьяная еще? – спросила я у стонущего тела, полулежавшего на столе.

– М-м-м…

– Натусик, с днем рождения тебя!!! – Я обняла свою лучшую подругу, от которой за версту несло перегаром.

– Ой, Ирка, не дави на желудок… ой, плохо мне…

– Слушай, давай я тебе кофе приготовлю что ли…

– Ой, фу-у-у-у. не надо… Блин, собираться надо…

– В смысле собираться? Куда?

– Как куда??? На охоту, мать ее…

– СЕГОДНЯ???

– Конечно!!!

– А… а куда там… ну… куда там?

– Там в лесу домик есть, что-то вроде избушки лесника. Но вообще-то это домик Михалыча, а он друг Валеры, и в данный момент в Турции…

– Михалыч?

– Мгм…

– И что?

– Ну, что-что? – сморщилась Ната. – Разрешил нам там потусоваться в его отсутствие.

– А… а когда ты говорила, что будут какие-то мужики, которые собираются там охотится, это ты кого имела ввиду? И вообще, кто там будет-то?

– Да ты не парься, там будут два друга Валеркиных с женами, они как вроде подруги мои, хорошие девчонки…

– То есть, все по парам, а я одна… класс.

– Ирин, ну мы в девятом классе что ли? Они же не молодожены, не будут травмировать твою психику лобызаниями своими, чес слово! Фу-у-у-у, давай мне кофею свари…

– А детей куда? – спросила я, вставая, чтобы приготовить кофе.

– Детей к бабуле, к Анне Никитишне.

– Ясно все, – я варила кофе, с каким-то чувством тяжести, будто все, капец, три дня из жизни просто потеряны, потому что пройдут в глубине леса, в антисанитарии… кстати, об антисанитарии.

– А вода там есть?

– Да, ручей! – радостно пискнула Ната, можно подумать, что ручей это клево, ага.

– Класс. А мыться там же?

– А зачем тебе мыться? – удивилась она.

– Наташ, ну подмышки помыть, еще там… места всякие, знаешь, личная гигиена называется!

– А! Ну так приспособимся, что ты!!! Там сруб, в нем две комнатки, вот в одной в тазике и будем проделывать все эти процедуры!

– О Боже… – вздохнула я. А что, блин, делать-то? Не обратно же ехать?

Мы пили кофе, когда вернулся Валера.