— А вдруг там не торговцы? Тогда лучше уйдем по-тихому… Незачем с неизвестными компаниями связываться…

Чувство возможной опасности выдуло похоть из моего разума. Крался я так же бесшумно, как и девушка, и даже заработал удивленный взгляд ее изумрудных глаз.

Часового мы заметили первого — он бездарно стоял, подперев плечом дерево и смотрел куда-то мимо нас в глубь леса. И как он нас не заметил? Впрочем, уже наступал сумрак, а подлесок был очень густым…

Обойдя часового по дуге, мы приблизились к самому краю поляны и осторожно затаились в густой листве какого-то куста.

Поляна представляла собой круг ровной земли, ограниченный с противоположной от нас стороны дорогой, а со всех остальных — густым лесом.

На одном конце поляны стояло больше десятка стреноженных коней. У

каждого на шее висела сумка с чем-то напоминающем овес. Ближе к нам стояла большая карета с небольшой узкой дверью, в которой было маленькое зарешеченное окошко. Уже по составу транспорта было ясно, что это ни какой не караван торговцев.

Возле кареты толпилось больше десятка молодых мужчин в легких доспехах. Они оживленно жестикулировали и громко переговаривались. Один из них, с острой чуть седоватой бородкой, неожиданно воскликнул:

— Да что вы спорите? И о чем? Кто будет ее держать? Привяжем ноги и руки к карете! И все! А очередность выявим, бросив кости!

Мои пальцы сами сжались в кулаки. Ублюдки явно собрались кого-то насиловать толпой.

Главный {у него были самые дорогие доспехи) замахал руками:

— Вы что? Собрались трахать ее все? Герцог нам головы снимет, если она умрет!

Бородатый воскликнул:

— Тебе что, не хочется? Это же намного лучше проституток! Я в столице отдал за это пятьдесят золотых и запомнил на всю жизнь!

Я обернулся на часового — тот все так же безучастно смотрел в лес. Быстро темнело. Вытащив свой грубый меч, я начал красться к нему. Неожиданно, передо мной выскочила эльфийка и зажестикулировала, указывая в лес. Я замотал головой и провел большим пальцем по своей шее, указав на часового, а потом на ее зачехленный лук и на все еще махающих руками. Это повторилось еще раз, потом Эльран изобразила плевок и бесшумно стала разбирать свой тубус. Я же стал красться дальше. Подобравшись на расстояние удара, я взмахнул мечем. В последний момент часовой оглянулся на чуть свистнувший клинок, но было уже поздно. К моему удивлению мой меч не сумел отрубить ему голову и клинок застрял в шейных позвонках. Мы так и замерли — хрипящий часовой, повисший на моем мече и я, фактически державший его тело на клинке. Неожиданно меня обуяла ярость. Отпустив рукоять меча, я схватил часового за голову и со всей силы дернул в сторону, сломав ему шею и высвободив меч. Кровь шедро брызнула в лицо. Мужик в последний раз дернулся и затих.

Поднимаю взгляд на поляну — солдаты наконец-то решили организационные вопросы и один из них в данный момент вытаскивал какую-то бешено брыкающуюся женщину из кареты. Как говорится: «Отряд не заметил потери бойца.» Придурки. Убив вас, я очищу это место…

Наклонившись, я быстро обыскиваю тело и становлюсь обладателем короткого меча и кинжала. Жидковато. Я посчитал по головам солдат — пятнадцать, с командиром. В данный момент они все были заняты тем, что привязывали свою жертву. Я посмотрел на то место где была эльфийка и не увидел ее. Сбежала? Ан нет — вон она, на дерево забралась. Лук уже собрала и ждет моих действий. Хм. Мое копьецо оставлю здесь. Неуверен я в нем.

Снова смотрю на солдат — они как раз бросили кости и здоровенный жирный бугай, не обращая внимание на возмущение своего противника, тонкого паренька, стал быстро разоблачаться. Ни хрена себе мышцы! Этого по-любому первого. Пару раз быстро вдохнув, я выбежал из леса и понесся к ним. Солдаты так и нее обратили меня внимание. Идиоты. Я от души ударил по спине жиртреста. Клинок прошел сквозь его тело, словно оно было сделано из поролона, практически перерубив его по диагонали. Из позвоночной артерии меня струей обдала алая кровь. Не останавливаясь, я махнул мечом на право, а кинжалом нанес удар влево. Крики раненых. Солдаты впали в панику и брызнули во все стороны. Оглянувшись в сторону ихнего командира, я увидел его дергающееся тело со стрелой в глазнице. И началась бойня. Единственное серьезное сопротивление мог оказать лишь еще один часовой, выбежавший со стороны отчаянно ржавших коней. Но он просто не смог не смог долго держать мои мощные удары и, в конце концов, я его просто схватил за руку с мечом и зарезал, как свинью. Он даже почти так же завизжал и умер. Но он был последним. Кровожадно оглянувшись, я не заметил шевелящихся. Из леса вышла недовольная Эльран и, окинув взглядом полянку, подошла ко мне. Пнув своим изящным сапожком, замершего на земле полуголого солдата со стрелой в позвоночнике она недовольно произнесла:

— Ну и какого хуя ты полезло в… — я не дал ей договорить, схватив ее за затылок и поцеловав ее в засос.

Сосались мы долго, почти минуту. А потом я вспомнил, что вокруг валяются трупы, стоит связанная жертва и позволил Эльран отстраниться. Пока она пыталась свести глаза в одну точку, а мысли в кучу, я произнес:

— Начинай мародерствовать. Только осторожно — в каждого воткни перед этим кинжал.

Эльран хмыкнула:

— Учитель нашелся! Мне три сотни лет и я участвовала в последней Войне

Эльфов.

— Даже на самую глубокую пизду найдется метровый член…

И словно в подтверждение моих слов, одно из тел вскочило и, словно заяц, зигзагом побежало в лес. Эльран мгновенно вскинула лук, одновременно натягивая тетиву со словно по волшебству появившейся стрелой, и выстрелила.

«Бегунок» вскрикнул и упал, держась за ногу.

Эльран резво подбежала к нему и сильно ударила ногой в живот — сила удара была такова, что солдата тут же свернуло в позу эмбриона. Пожав плечами, я подошел к пленнице и уже подобрал кинжал, что бы срезать веревки и только тут увидел, что она полностью обнажена, а ее чуть сиреневатая эбеновая кожа блестит от капелек пота. По мозгам ударило словно кувалдой. Воздух стал вязким и его стало не хватать. Рванув засткжки на жилетке, я немного пришел в себя, но ощутил как мой член опять оживает. Коротко ругнувшись, я сумел отвести взгляд от капельки пота, стекающей по невероятной заднице девушки и порадовался что немоту увидеть ее пизду… из-за длинного и толстого ХВОСТА!

Может прирезать ее? И ради кого я рисковал жизнью? Хотя…профит отличный и доспех подберу и лошадей продадим. Неожиданно, она подняла голову и взлянула на меня своими темными, словно ночное небо, глазами. Странно, но я не почувствовал агрессии и выдернул грязную тряпку, игравшую роль кляпа, у нее изо рта. А ничего так личико и маленькие РОЖКИ его отнюдь не портят, а какой ротик… Подождав, пока она отплюется, я спросил:

— Нападать не будешь?

— Нет. — просипела она. — Отпусти…

Я уже замахнулся мечом на веревку, как сзади раздался голос Эльран:

— Ты смотри… Впервые за сотню лет вижу суккуба живьем!

Обернувшись, я спросил:

— Суккуба?

— Ах. Да ты же не знаешь…Нападать не будешь? — спросила она ее снова

— Нееет… — опять просипела пленница.

— Отпускай. — скомандовала эльфийка: — Демоны не врут, но и не говорят всей правды… А это может быть хуже лжи…

Я разрубил веревку, которая натягивала левую руку пленницы и произнес:

— А если?..

— Отобьемся…

Я подобрал валяющийся под ногами чей-то кинжал и протянул его демонице пытающейся развязать тугой узел на правой руке.

— Спасибо. — произнесла она.

Я пожал плечами. Похоть почти отступила и я обернулся к постанывающему связанному «бегунку».

— Что с ним?

— Думала попытать, может чего знает, а потом прирезать…

Неожиданно, сбоку раздался глубокий животный рык. От неожиданности, мы отпрыгнули в стороны. Но это была демоница. Освободившись от веревок, она встала в полный рост и плотоядно смотрела на стонущего раненого.

— Отдайте его мне! У меня совсем нет сил…Даже раны не заживают…