Annotation

Ученые-подводники ухитрились совершить нечто невероятное – найти в океанских глубинах считавшийся бесследно исчезнувшим истребитель, затонувший во времена второй мировой. Однако похоже, вот уже много десятков лет в затонувшем истребителе обитает НЕЧТО ЖИВОЕ…

Николай Романецкий

Часть I

Часть II

Николай Романецкий

Файлы №315-316. Погребенные заживо

Юным поклонникам сериала "Секретные материалы",

с верой в будущее – посвящается.

Автор русской версии Ник Романецкий

Часть I

Тихий океан, 42 градуса с.ш. 171 градус в. д.

"Пайпер мару" не была прогулочной яхтой – иначе бы палуба ее была заполнена шезлонгами с прокопченными на солнце телами туристов. Не была она и китобойным судном – иначе ее бак был бы украшен гарпунной пушкой. И тем более она не была танкером (в силу малости водоизмещения) или военным фрегатом – в силу отсутствия ракетно-артиллерийского вооружения. Вместо ракетных установок на палубе торчала стрела лебедки, а под стрелой расположился желтый скафандр.

– Кислородные баллоны заряжены? – спросил по-французски находящийся внутри скафандра усач-бородач.

– Заряжены, Готье! – ответили ему по-французски же.

Желтый скафандр на самом деле был не совсем скафандр. Он был снабжен двигателем, позволяющим ему самостоятельно передвигаться под водой на достаточно приличные расстояния, а силовой каркас давал находящемуся внутри скафандра человеку возможность не замечать давления воды на глубине четыре сотни метров.

Одним словом, желтый скафандр был своего рода индивидуальным батискафом, оборудованным еще и телекамерой. А Поль Готье был тем, на кого сейчас надеялась вся команда "Пайпер мару". Ведь если бы предстоящее погружение оказалось результативным, всех ждал бы весьма и весьма неплохой гонорар. Помимо требований безопасности, это была еще одна причина, почему подготовка к погружению велась столь тщательно.

– Давление кислорода? – спросил Готье.

– В норме! – ответили ему.

– Двадцать и восемь десятых – проверены?

– Двадцать и восемь десятых проверены!

К водолазу подошел руководитель экспедиции:

– Готовы к погружению?

– Готов, мсье! – сказал Готье.

Руководитель повернулся к двум техникам, державшим тяжелое стекло от шлема: – Закрывайте!

Голубые глаза Готье оказались за броневым стеклом.

Техники сноровисто и быстро затянули гайки:

– Батискаф готов!

Опустили гак лебедки, зацепили его за подъемную скобу, и вот уже желтый мини-батискаф повис в воздухе. Стрела лебедки повернулась. Прыгнули в воду два аквалангиста, которые будут сопровождать Готье до глубины в сорок метров. Дальше он пойдет в полном одиночестве.

– Майна!

Воды коснулись ноги с привешенным балластом, пояс с грузами поменьше, руки, шлем…

Погружение началось.

Получасом позже Стало явно холоднее, и Готье включил обогрев. Динамик тут же отозвался голосом Жерара:

– Температура воды – два градуса.

Кругом была заполненная водой пустота.

– Глубина двести семьдесят метров, – сказал Жерар. – Дно, наверное, уже близко.

– Понял, – отозвался Готье.

Палец света, тянущийся от прожектора вниз, тоже слепо тыкался в пустоту.

– Отклонение незначительно. Цель в сорока метрах к юго-юго-востоку.

– Понял, – сказал Готье, включил двигатель и на минимальной скорости выбрал отклонение.

– Отмечается некоторое повышение уровня радиации, – сказал Жерар.

– Понял, – сказал Готье. – Наверное, из-за этой штуки, которая подо мной.

– Уровень не опасен, чуть превышает фоновый.

– Понял, – отозвался Готье. Он и сам видел это: шкала счетчика располагалась на правой стороне шлема, рядом со стеклом.

Через пару минут он достиг, наконец, дна. Сбросил часть балласта, делая плавучесть нулевой. Закрутился на месте, ощупывая воду лучом прожектора. И тут же обнаружил цель. Включил телекамеру.

– Вы там, наверху, видите что-нибудь?

– Что-то видим. Вот только что? Что это такое, Готье?

Луч медленно побежал по обшивке, наткнулся на трафарет с бортовым номером. Краска хорошо сохранилась, и номер "JTTE 111470" был прекрасно различим.

– По-моему, это не совсем то, что мы ищем, – сказал Готье тухлым голосом.

Радоваться и в самом деле было нечему. За это открытие гонорар вряд ли получишь…

– Посмотрю с другой стороны.

Он включил двигатель и медленно двинулся вдоль находки.

Вскоре луч света зацепил какое-то пятно странной формы, прошел дальше.

Это была надпись по-английски: "Красные, чтоб вы сдохли!" Готье усмехнулся. Коротко и конкретно!.. Уж и красных нет, а пожелание живет!.. Он поплыл дальше.

И тут неподалеку послышался странный звук. Так стучат к вам к стенку соседи, когда вы, забыв о позднем времени, включаете проигрыватель на максимальную громкость.

– Вы слышали?

– Слышали, – тут же отозвался Жерар. – А что это такое?

– Я не знаю.

Опять застучало.

– Готье, что происходит? – крикнул Жерар. – Мы теряем связь! Попробуй другую частоту!

Готье переключил аппаратуру на другую частоту, но Жерар продолжал надрываться:

– Куда ты пропал, Готье?.. Готье! Готье!!!

По инструкции надо было немедленно отцеплять балласт и всплывать, но это значило уйти несолоно хлебавши. Хрен вам в сумку!

Готье поплыл дальше.

Странный стук становился все громче и громче.

Луч наткнулся на фонарь кабины, пробежал по нему. Плексиглас… или из чего там они делали фонари пятьдесят лет назад… колпак закр… О боже! В воздушном пузыре под закрытым колпаком голова пилота! И руки!!!

О боже!!! Да он живой! Это невозможно!!!

Но так оно и было. Пилот колотил кулаком по фонарю и что-то кричал. Наверное, звал неожиданного гостя на помощь…

Ошалевший Готье подплыл ближе. Луч прожектора высветил лицо летчика, глубоководник встретился с ним взглядом.

Глаза летчика были широко открыты, но не поэтому Готье похолодел от ужаса.

Глаза стремительно менялись. Вдруг не стало зрачков, а глазные яблоки сделались абсолютно черными. Как обсидиан.

Или гагат…

И Готье утонул в их бездонной глубине.

Спустя несколько часов На "Пайпер мару" опустился вечер.

Жерар Летерье, руководитель экспедиции, давно перестал рассматривать рябь на экранах, покинул рубку глубоководной связи и, как маятник, мотался туда-сюда по палубе.

Кислород в мини-батискафе должен был закончиться через полчаса, и Жерар Летерье уже не мог избавиться от мысли о том, какие слова ему придется говорить жене Поля Готье. Кажется, ее зовут Джоан…

– Он поднимается!

Жерар, едва не споткнувшись о комингс, бросился к фальшборту.

Один из дежуривших в воде аквалангистов, сняв маску, плавал на поверхности.

– Внизу показался свет, мсье. Готье идет наверх.

Жерар не смог сдержать радости в голосе:

– На лебедке!.. Готовность к подъему!

Вскоре световое пятно в глубине стало видно и с палубы.

А потом мини-батискаф всплыл, аквалангисты зацепили гак лебедки за подъемную скобу и подняли героя на борт.

– Быстрее, открывайте скафандр! Вытаскивайте его оттуда!

Техники кинулись к Готье, принялись откручивать гайки.

– Тьфу, что за гадость! – Один из техников, проведя рукой по шлему, вляпался в какое-то масло, тонкой пленкой покрывавшее металл с правой стороны шлема.

Наконец сняли стекло, оттащили в сторону. – Готье, ты как там? спросил Жерар Л етерье. – Живой? Все в порядке?