Глава 5

До Ольгина оказалось всего двадцать пять километров. Но этот, и в самом деле недальний путь занял около часа. Что поделаешь, питерские мосты перекрестки мало приспособлены для плотного движения — пробки, пробки, пробки… Впрочем, пробки позволяли мне периодически заглядывать в путеводитель и проверять, туда ли я еду.

Потом городские кварталы справа сменились железнодорожными рельсами. Слева еще некоторое время тянулись многоэтажные дома, а затем открылась серая гладь Финского залива. Чуть поредевший поток машин притормозил и прополз мимо поста дорожной полиции. И наконец вокруг выросли загородные виллы тех, кого еще совсем недавно во всем мире называли «новыми русскими». В Штатах столь плотно расположенные дома принадлежали далеко не самым богатым гражданам, но здесь были не Штаты…

Я съехал на обочину и остановился. Открыл путеводитель на той странице, где был отпечатан план Ольгино.

Тут же выяснилось, что доктор Марголин купил землю отнюдь не на берегу моря — необходимая мне Юнтоловская улица находилась по другую сторону железнодорожного пути.

Я тронул машину, вновь влился в поток. И едва не проскочил переезд. К счастью, перед ним вытянулся небольшой хвост, в конец которого моя «Забава»и пристроилась.

Сколько времени уйдет на ожидание, было неизвестно; я закурил и включил приемник.

По радио передавали новости. Как ни странно, но сводка с партизанских фронтов очередной кавказской войны родила во мне странное беспокойство. Будто она какой-то стороной касалась меня… Будто в родном Нью-Йорке могут вдруг появиться бородатые брюнеты в защитной форме, с яростными глазами и «акаэмами» на груди… Честно говоря, в этой войне я целиком на стороне русских. Потому что религия, адепты которой объявляют священную войну всем, кто не согласен с ее постулатами, способна вызвать у меня лишь неприятие. Хотя, если вдуматься, ничего удивительного не происходит… Ведь когда учение Христа находилось в возрасте нынешнего ислама, Западная Европа не раз хаживала с мечом на другой конец Средиземного моря, воевать Гроб Господень!.. Против музы Клио не попрешь, и пройдет еще много времени, пока муслимы вырастут из детских штанишек.

Между тем мимо прополз поезд, составленный из темно-зеленых вагонов, и ожидающие автомобили один за другим начали трогаться.

Тронулся и я. Перевалил через рельсы — слева осталась древняя платформа железнодорожной станции — и сразу за переездом повернул направо.

Еще пара минут езды — дороги здесь оказались не чета городским, ровные и свободные, — и я проехал мимо кирпичного забора и припарковал машину возле открытых решетчатых металлических ворот, перегороженных опущенным шлагбаумом. Справа к воротам притулилась кирпичная хижина проходной с вывеской «Гинекологическая клиника Марголина».

Двухэтажное здание, находящееся метрах в тридцати от ворот, не произвело на меня особенного впечатления. Белый арлоновый кирпич, зеркальное стекло, металлическая крыша. Справа и слева от ведущей к зданию асфальтовой дорожки торчали из травы низкорослые зародыши будущего парка. Лет через тридцать пациентки смогут отдыхать в густой тени, но пока… Впрочем, пока они тоже могли отдыхать в густой тени: позади клиники деревья были высокие и густые — по-видимому, архитектор использовал уже имеющиеся посадки.

Я выбрался из машины и подошел к проходной. Из дверей тут же появился высоченный тип в защитного цвета брюках и рубашке. На поясе у него висела кобура от «стерлинга-мини». Пронести незаметно труп мимо такого амбала я бы не взялся…

— Добренький вам денечек! — Он ощупал меня хваткими глазами. — Чего желаете?

— Моя супруга намерена обследоваться по своим женским делам. Я слышал, у вас хорошее заведение…

— Очень хорошее, не сомневайтесь. Пациентки не жалуются. Так что ваша супруга будет довольна.

— Тем не менее хотелось бы поговорить с главврачом. Как его увидеть?

Охранник мотнул головой:

— К сожалению, шефа нет. Но вы можете встретиться с его заместителем.

— Тогда я заеду попозже… Когда главврач должен появиться?

— К сожалению, не могу вам сказать. — Амбал нацепил на физиономию улыбку провинившегося ребенка. — Попросту не знаю… Поговорите с заместителем.

— Где его найти?

— Ее!.. Заместитель главврача у нас — женщина. Первый этаж, направо, двенадцатый кабинет. — Он заученным жестом распахнул передо мной двери. — Проходите, пожалуйста!

Я благодарно кивнул и двинулся по асфальтовой дорожке. На ступеньках перед входом в здание появилась дама в белом свободном халате. Лет тридцати пяти — сорока. Рост — пять футов семь дюймов. Или около метра семидесяти в местных единицах. Шатенка, блестящие волосы убраны в аккуратную прическу. Но лицо блеклое, и макияж лишь подчеркивает его некрасивость. Даже свободный халат не способен скрыть, что у нее узкие бедра и плоская грудь.

«Экая швабра, — подумалось мне. — Видно, не имея возможности наполнить собственное лоно, находит утешение в том, что занимается утробами других…»

— Здравствуйте, сударь! Я — заместитель главного врача… Артамонова Наталья Петровна!

Видимо, охранник, пропустив меня, тут же предупредил начальство по телефону о потенциальном клиенте.

А клиентов здесь определенно любили. Наталья Петровна пригласила меня в свой кабинет и еще по дороге успела рассказать обо всех достоинствах родной клиники. Судя по доброжелательности швабры, с пациентками здесь носились как с писаной торбой. Будто я оказался в Штатах… Впрочем, царившие повсюду чистота и порядок были заметны и невооруженным глазом.

— Вы сегодня хотите привезти свою супругу? — спросила Наталья Петровна, когда за нами закрылась дверь кабинета. — Сейчас как раз освобождается палата. — Она виновато развела руками. — Сами понимаете, клиника у нас небольшая, а популярность огромная… Не желаете ли кофе?

Я мотнул головой:

— Нет, спасибо!..

Мы сели за стол.

— Я бы хотел поговорить с главврачом.

— Это невозможно. — Заместительница снова развела руками. — Его нет. Но принять вашу супругу могут и другие. Тут совсем не нужен Виталий Сергеевич.

— И все-таки хотелось бы сначала поговорить с ним. Где мне его найти?

Глаза Натальи Петровны сделались большими, круглыми и беспомощными. Словно у пойманной рыбы…

— Я не знаю. Виталий Сергеевич не оставил указаний.

Похоже было, что она не лжет.

— А у него есть загородный дом?

Беспомощность в ее глазах сменилась раздражением. Однако Артамонова все еще считала меня потенциальным клиентом, поэтому голос остался ровным.

— Я ничем не могу вам помочь, сударь, если вы непременно хотите встретиться с главным. Но, повторяю, это вовсе не обязательно.

Мне стало ясно, что, находясь в личине клиента, я ничего от швабры не добьюсь. Пришлось покопаться в сумке, явить на свет божий одну из ламинированных картонок и прилепить к физиономии соответствующую мину.

— Дело в том, Наталья Петровна, — произнес я внушительно, — что я ввел вас в заблуждение. Меня сюда послала страховая компания. Начальство получило иск от одной из ваших пациенток. Мне поручено провести расследование. — Я сунул удостоверение под курносый нос Артамоновой. — Теперь вы понимаете, что мне нужно переговорить именно с главным врачом.

Раздражение собеседницы тут же переплавилось в обеспокоенность за репутацию родной клиники, а потом обратилось стремлением всячески поспешествовать.

— Видите ли, — Артамонова вновь глянула в удостоверение, — Максим Алексеевич… К сожалению, я и в этом случае ничем не могу вам помочь. Виталия Сергеевича в последний раз я видела в четверг. С тех пор он на работе не появлялся. И не звонил. Мы все очень обеспокоены…

— Почему? — быстро спросил я. — Разве у доктора Марголина были враги?

— Нет-нет! — Она испуганно замотала головой. — Конечно, в нашей клинике тоже бывают летальные исходы с роженицами или новорожденными, но…

— Иными словами, доктору Марголину никто не угрожал.