Сержант уже ругал себя последними словами. Состав группы он продумал плохо, подспудно рассчитывая на весь десяток. Надо было брать ещё бойцов. Если не удастся протащить фургоны в район перехода, придётся ставить промежуточную базу. И у перехода надо будет парочку амазонок оставить. А в обозе двадцать семь лошадей. По любому надо четверых оставлять, чтобы их охраняли и обихаживали, а то окажется, что всех лошадок волки загрызли. Ну не конник он. А ведь советовался и с жёнами, и с Фериэль. И никто не подсказал, что с лошадьми морока будет. Хотя их тоже понять можно — амазонки с лошадьми не расстаются и в пехоте не воюют. А если с лошадью не расстаются, то об охране никто и не думает — лошадки всё время перед глазами. Дунула в флейту «Встань передо мной, как лист перед травой!», она и встала. Но поезд уже ушёл и придётся выкручиваться наличными силами. Возможно придётся дней десять строить стационарную укреплённую базу, а потом уж идти в переход.

«А может запросить, чтобы ещё десяток амазонок прислали?» — подумал сержант. Идея показалась ему здравой. Копию карты Элиэль имела, ориентиры оказались правильными. Движение от Рудояра строго на север. Здесь уже можно десяток навести по амулету. Двадцать лиг (дальность связи амулета) вполне достаточно для коррекции маршрута вспомогательного отряда. Связь с Ярцелем Аришка поддерживала раз в три дня. Доложили о прибытии в Рудояр и выходе на маршрут. Доложили об аллергической пыльце желтых цветов, доложили о нападении гигантских обезьян. Стоянка у озера — последняя, с которой можно связаться на прямую. Потом только через Рудояр, поскольку полковой артефакт связи брал только на сто лиг.

Наварив на весь отряд ухи, Жора после ужина поставил девчонок жарить рыбу, а сам собрал всё командование в своём фургоне: полусотницу, обоих магичек и проводника.

— Хочу с вами посоветоваться, — начал он. — Через трое суток должны быть на месте. Но возникли серьёзные организационные вопросы, которые придётся решать. Никто не знает, удастся ли протащить фургоны к переходу через лес. Скорее всего нет. Значит надо будет их бросать и оставлять там всех лошадей и охрану. Мы конечно можем прорубить дорогу через лес, но я не хочу оставлять такой заметный след к переходу. Чем он лучше спрятан, тем лучше. Надо строить какую-то укреплённую базу недалеко от перехода, чтобы было где голову преклонить и разместить самцов в ожидании каравана. Возможно на этом месте позже организуем постоянное поселение со своим транспортом. Сам переход тоже придётся охранять с той или другой стороны, пока за кромкой работает разведка. То есть, для работы за кромкой мы сможем выделить совсем мало разведчиков. Охрана останется здесь и никаких серьёзных строительных работ из-за малочисленности она провести не сможет. Можем вызвать ещё дополнительно десяток из охранной сотни. И на них уже возложить охрану и строительство. Предлагайте, что думаете по этому вопросу, по количеству охраны и организации жизнедеятельности прежде всего здесь.

Первой высказалась Рита:

— Нас слишком мало, чтобы быстро решить поставленные задачи. Считаю, что подкрепление вызывать необходимо. Полтора десятка с шестью фургонами для припасов и самцов, обязательно с инструментами. Пока провести на той стороне разведку малой группой. Прежде, чем идти за кромку здесь всё обследовать и выбрать подходящее место в лесу для базы. Для охраны фургонов и лошадей оставить четверых, из них одну лесную, охрану перехода — двое, вместе с лесной. Тогда в разведку пойдёт восемь амазонок и Принц. Нас пятеро, трое лесных и Люба. Веру оставить старшей охраны. Возможно удастся перевести на ту сторону лошадей, тогда совсем будет здорово. Будем иметь возможность быстро перемещаться. Амулеты на двадцать лиг позволят иметь связь между охраной фургонов и охраной перехода. В сложной ситуации смогут помочь. У перехода охрану ставить с той стороны. Если через переход будет возможность установить связь, то эта пара послужит связующим звеном для всей группы. Старшей в паре назначить Вику, она очень сообразительная.

— На фургоны наложим сторожевые и отпугивающие заклятья — никто из зверья не подойдёт, — предложила Арисан. — В случае необходимости охрану можно будет забрать за кромку. По-моему, надо сначала обследовать лес, а потом уже принимать решение, тащить сюда дополнительный отряд, или нет. Через Рудояр свободно свяжемся с Ярцелем в любое время. Через двенадцать дней, если вызовем, прибудет усиление, а если из Рудояра, то и быстрее. По-моему, торопиться не стоит.

— Не стану утверждать точно, поскольку это давно было, но в прошлый раз в лиге от перехода я чувствовала проплешину в лесу. Лес мы не обследовали. Возможно там есть луг и место, где поставить базу. Ручьёв там везде полно, — сообщила Дарья.

— Хорошо, — принял решение Жора. — Впереди лошади бежать не будем. Исследуем сначала местность вокруг перехода, возможные пути подхода, а потом будем решать конкретно. А ты Ариша, подучи пока Свету, если она не умеет, работе на связном артефакте, может пригодиться.

— Я умею, Жора, только опыта мало. Меня Леосан натаскала.

— Вот и попробуешь в следующий раз сама связаться через Рудояр, — сказал сержант.

Ночи были прохладными, не смотря на лето. Всё-таки продвинулись от хребта уже километров триста на север. Спали в палатках. Палаток в фургонах везли шесть штук. Две стандартные на десяток. Четыре поменьше — на четырех человек. Три маленьких Жора хотел взять за кромку, чтобы не заморачиваться ночлегом. Весили они килограмма по четыре. Сшиты были в эльфийской манере: дно отдельно с бортами сантиметров двадцать, к которым пристёгивались стены и односкатная крыша. Внутри стояли шесты по углам, с наружи — растяжки. Влагу полотнища не пропускали, но дышалось в палатках легко. В больших имелось три окна, затянутых сеткой и закрывавшихся клапанами. Воздух в палатке, как в якутском чуме, быстро от тел прогревался и спать было вполне комфортно. Хуже всего приходилось Жоре, ему, как начальнику, ставили отдельную. Принцу стелили на землю два одеяла, и он укрывался эльфийским плащом — подарком Элиэль. Арина со Светой каждый вечер ставили сторожевые заклинания, а Рита с амазонками опутывала подходы гранатными растяжками, выставляя десяток имевшихся гранат «Натасан». Выученные эльфийские кони близко к ограждению не подходили, понимая, что там — смерть. Они, собственно и были лучшими сторожами, чуя всякую живность издалека. Костра не разжигали — эльфийки видели в темноте не хуже, чем днем, за двести шагов могли проткнуть врага стрелой и ночью. Дежурила одна амазонка с артефактом обнаружения. Менялись по очереди, через два часа.

От темной воды озера тянуло прохладой. Стояла тишина. Лошади сбившись на ночь в табун в тоже притихли. Даже комары перестали зудеть, натыкаясь на защитное заклинание. Всё замерло. Потом заволновались кони. Встрепенулись лесные, почувствовав опасность. Жору толкнула Рита:

— Принц, что-то опасное.

Сержант выскочил из палатки. Всё пространство накрыло ощущением тревоги.

— Всех поднять, быстро снять растяжки, вещи в фургоны. Пулей! — распорядился Жора. Он узнал этот тихий гул, идущий от земли. Дважды в Афгане попадал под землетрясение.

— Ариша, быстро на фургоны заклятье непроницаемости! — поймал он за руку магичку, выскочившую по сигналу флейты из палатки. Это было стандартное армейское заклинание, используемое амазонками при переправах. Имея деревянные борта в локоть высотой, фургоны превращались в лодки. Амазонки их просто перетаскивали через реку верёвкой, используя лошадей.

Успели снять восемь гранат, когда землю качнуло. Половина девчонок, таскающая вещи, улетела от ног.

«Господи, пронеси! — шептал Жора, сообразив, что пятёрка, побежавшая снимать гранаты, могла упасть и на натянутый шнурок. Он напряжённо смотрел на озеро. Любой представляет, что будет, если резко толкнуть блюдце с водой. — Вода выплеснется. Они сейчас находились на краю такого блюдца.

— Землетрясение! Все в фургоны! Бросить всё! Все в фургоны! — заорал сержант, влепив по заднице сапогом амазонке, несущей палатку. Сам тоже побежал и запрыгнул наверх. С озера шла волна. Метра три не меньше.