— Простите, ваша милость, но это не так. На другой стороне мне говорили, что я шпион из 1969 года, тут принимают за шпиона с другой стороны, но на самом деле…

— Хватит! — оборвал Эла Владыка. — Увести шпиона и посадить в камеру! Позднее мы решим его судьбу.

В камере, куда бросили Эла, его поджидала компания. Худощавый юноша, по всем приметам пришелец с той стороны пространственного створа, помог ему встать.

— Туризам манифоск , — сказал незнакомец.

— Виноват, но я не говорю на вашем языке, — ответил Эл.

Юноша ухмыльнулся.

— Пустяки, зато я говорю на вашем. Меня зовут Даррен Фелп. Вы тоже шпион?

— Нет, черт побери! — рявкнул Эл. — Извините, я просто расстроен. Я Эл Миллер. А вы местный житель?

— Я? У вас странное чувство юмора. Разумеется, нет. Вы знаете не хуже меня, что в этом четырехмерном континууме не осталось ни одного нормального.

— Ни одного?

— Уже несколько столетий тут рождаются только мутанты. Но вы, должно быть, смеетесь надо мной? Ведь вы из группы Бейлеффорда, правда?

— Кого?

— Бейлеффорда. Бей-леф-форд! Нет? Тогда вы из штаба! — Фелп отступил на шаг и чинно поклонился. — Ваша честь, примите мои извинения. Мне следовало сразу…

— Нет, — прервал его Эл, — я не из вашей организации. Я не знаю, о чем вы говорите.

Фелп понимающе улыбнулся.

— И разумеется, ваша честь!

— Хватит! — рассердился Эл. — Почему мне никто не верит? Я не из Бейлеффорда и не имею отношения к штабу. Я попал сюда из 1969 года. Вы меня слышите? Из 1969!

Глаза Фелпа широко раскрылись.

— Из прошлого?

Эл кивнул.

— Я случайно узнал о существовании мутантов в 1969 году, и они отправили меня на пять веков вперед, чтобы я не помешал осуществлению их планов. Однако в вашем мире мое появление встретили враждебно и передвинули меня через пространственный створ сюда, к мутантам. Но где бы я ни появился, меня всюду принимают за шпиона. А что делаете тут вы?

— Я? — Фелп широко улыбнулся. — Я шпион.

— Из 2431-го года?

— Конечно. Мы же должны знать, что поделывают наши друзья-мутанты. Я прошел через створ под невидимым экраном, но что-то сломалось, и меня заметили. Я сижу в этой камере уже месяц.

Эл потер подбородок.

— Подождите, а почему вы говорите на моем языке? На другой стороне им пришлось обращаться к помощи лингвиста.

— Все шпионы в совершенстве владеют английским, потому что мутанты говорят на этом языке. В реальном мире мы говорим на воркийском. Этот язык придумали нормальные для общения между собой во время мутантных войн. Ваш лингвист, по всей видимости, один из наших лучших шпионов.

— И здесь мутанты победили?

— Полностью. Триста лет назад в этом континууме мутанты создали машину времени, обеспечивающую перемещение не только в будущее, но и в прошлое, и в результате смогли уничтожить вождей нормальных до их появления на свет. В нашем, реальном, мире, двустороннее перемещение во времени невозможно. Собственно, с этого и началось разделение континуумов. Мы, нормальные, вели жесткую войну с мутантами в нашем четырехмерном пространстве и разделались с ними в 2390 году. Ясно?

— Более или менее, — ответил Эл, подумав, что скорее менее, чем более.

— Значит, в этом мире остались одни мутанты, а в вашем — только нормальные?

— Точно.

— И вы шпион с другой стороны.

— Ну наконец-то вы все поняли! Видите ли, строго говоря, этот мир всего лишь призрак, но он обладает некоторыми параметрами реальности. Например, если мутанты вас убьют, вы умрете. Навсегда. Поэтому около пространственного створа постоянно сохраняется напряженность. Мутанты строят планы вторжения в наш мир, и наоборот. А пока и мы, и они засылают шпионов. Но мне, как видите, не повезло.

— И что же вас ждет?

Фелп пожал плечами.

— Возможно, я просижу тут до смерти. А может, они решат использовать меня для шпионажа против нормальных.

Спустя полчаса трое мутантов отвели Эла на допрос в крохотную комнатенку с голыми стенами. Больше часа его подробно расспрашивали обо всем, что произошло после телефонного звонка во «Френдли файненс компани». Затем следователи ушли, и еще через два часа Эл вновь предстал перед Владыкой.

— Миллер, ты доставил нам массу хлопот, — начал тот.

— Мне очень жаль, ваша…

— Тихо! Говорить буду я!

Эл промолчал.

— Мы проверили твою версию, и один из наших шпионов с той стороны подтвердил твои слова. Ты действительно попал к нам из двадцатого века. И что нам теперь с тобой делать? Обычно, поймав нормального, мы проводим его пси-обработку и отправляем обратно через пространственный створ шпионить для нас. Но в твоем случае мы не можем прибегнуть к стандартной процедуре, потому что ты не принадлежишь к миру нормальных. С другой стороны, нам несподручно держать тебя в камере. У государства нет лишних денег на твое содержание. И как цивилизованное общество мы не можем тебя убить.

— Я понимаю, ваша ми…

— Молчать! — Владыка пристально взглянул на Эла и продолжил, будто рассуждая вслух. — Однако мы можем провести на тебе некоторые эксперименты. Ты же ходячая коллекция микроорганизмов, смертельных для нормальных. Если мы, прежде чем начать вторжение в их призрачный мир, проведем бактериологическую атаку, победа нам обеспечена. Да, клянусь всеми святыми, ты послужишь нашей Идее! Зекария!

— Да, ваша милость, — один из увешанных лентами охранников отдал честь.

— Отведи этого нормального в биологические лаборатории. В дальнейшем…

За спиной Эла что-то прозвенело, и Владыка, казалось, застыл на троне. Обернувшись, Эл увидел, что в зал ворвалась группа нормальных во главе с Фелпом.

— Вот вы где! — заорал Фелп. — Я ищу вас по всему городу. — В руке он держал что-то вроде пистолета, с острым, как спица, дулом.

— Что происходит? — спросил Эл.

— Вторжение! — воскликнул Фелп. — Наши войска прошли пространственный створ, вооруженные этими замораживателями. Они вызывают у мутантов мгновенный паралич.

— Когда… когда это случилось?

— Атака началась два часа назад. Одержана полная победа. Так вы идете или нет? У нас мало времени.