- Да не парься, - успокоил Игорь мужчину. – И давай на «ты». Не на приёме в Кремле.

- Хорошо, - согласился молодой человек. – Наверное, нам следует познакомиться?

- Игорь, - протянул руку Игорёк.

- Николай, - новый знакомый неловко ответил на рукопожатие.

«Стесняется, что ли?» – подумал Игорь.

- Поначалу я думал, что ты ширнулся.

- Что? – фиалковые глаза широко непонимающе раскрылись.

- Укололся, - пояснил Игорёк. – Ну, что ты – наркоман.

- Нет. Я просто человек.

«Странный какой-то ты человек», - промелькнула мысль у Игоря.

- Что тебе принести? Ты не стесняйся. Может, тебе побриться нужно, помыться. Я всё принесу.

- Спасибо. Наверное, действительно, нужно и побриться, и помыться, - согласился Коля. «Знать бы ещё, как это делается», - при этом подумал он. Память вдруг в ответ на сомнения стала подсовывать отрывки из земных фильмов, которые Николай когда-то смотрел в огромных количествах. «Кем же я был?»

- Ну, я пошёл, - поднялся Игорь. – Зайду послезавтра.

- Можно, я пройдусь с тобой по коридору?

- Если тебе разрешают вставать, - милостиво согласился Игорёк.

Человек скинул с себя одеяло и встал. Игорь уставился на мужчину, который даже в больничной пижаме выглядел потрясающе. Высокий рост, широкие плечи, узкие бёдра, длинные ноги. Притом, как подумалось Игорю, качком тот не был. Под пижамной рубахой мускулы не перекатывались, но, всё же, рельефно выделялись. Его телосложение было крепким от природы. Игорь вдруг подумал, сколько же ему приходится проводить часов в тренажёрном зале, чтобы выглядеть примерно вот так. И всё равно он не дотягивал до такого совершенства. У него не было такой стройности, фигура Игорька была приземистой и тяжеловатой. Игорь считал, что у него высокий рост. Угу, до того момента, когда встал Николай. Наверное, у того были все метр девяносто, а то и выше.

- Ну, пошли что ли? – Игорь резко отвернулся, чтобы не пялиться на Колю.

- Пошли, - ответил с готовностью больной, засовывая ноги в больничные тапочки. Они ему были безнадёжно малы.

«Интересно, какой у него размер?» - Игорь смотрел на свисающие пятки с задников тапок.

Парочка двинулась по коридору. Белобрысый качок и высокий черноволосый мужчина привлекали внимание.

- Разминаемся? – раздался громкий мужской голос.

Игорь от неожиданности вздрогнул, а Николай радостно ответил:

- Здравствуйте, Виталий Иванович. А мне сказали, что ваше дежурство завтра.

- Да вот, попроведовать решил. Вдруг, в Сахару снова намылился?

- Нет, - улыбка у Николая была детской, и вызывала желание улыбнуться в ответ. – Мне здесь нравится.

- Только прописку здесь не выдают, - похлопал по плечу Виталий пациента, поглядывая в это время на белобрысого. Кажется, это тот самый спасатель несчастных и замерзающих. А парень вроде ничего. Только перекачанный малость.

- Тут ванная есть? – поинтересовался белобрысый.

- Есть. В конце коридора, только в другой стороне. А что?

- Да, этому оленю помыться надо.

Виталий Иванович хмыкнул, вспоминая, как запихивали Николая в тёплую ванную, отогревая. Длинные конечности отказывались там помещаться. Руки и ноги согревали спиртом.

- Навестить решил?

- Ага, - кивнул головой качок. – Решил убедиться, что в морг не оттащили.

- Ну, - усмехнулся Виталий, - это уже крайние меры. На них мы идём, когда пациент скорее мёртв, чем жив.

- Это радует, - саркастически заметил белобрысый, поглаживая себя по коротко стриженому затылку. – Кстати, Игорь. – Он протянул руку.

- Виталий Иванович.

Пальцы доктора оказались прохладными, а рука - мягкой.

На вид доку было лет тридцать пять. Высокая худощавая фигура, карие внимательные глаза, каштановые, модно подстриженные, волосы – короткие виски и длинная прямая чёлка, нос прямой с небольшой горбинкой, чуть большеватый рот. Колоритная внешность. Молоденькие медсестрички были без ума от Виталия. Даже заведующая отделением, дама в возрасте, неровно дышала к Ивановичу. Но Виталий был пуленепробиваем. Он одинаково ко всем благожелательно относился, и был примерным семьянином. За его спиной шептались, что любимая жена дока бесплодна, поэтому у них за десять лет совместной жизни не было детей.

- Я пошёл, - Игорь посмотрел на часы, висевшие в холле. Время посещений заканчивалось.

Виталий кивнул головой.

- А больному пора в кровать. Для первого раза достаточно.

Он вгляделся в побледневшее лицо.

- Устал? Голова кружится?

- Немного, - сознался Николай.

- Марш в койку, - скомандовал Виталий. – Всё. До завтра.

Коля доплёлся до палаты и присел на кровать. Потёр рукой небритый подбородок и уставился в окно. Почему он ничего не помнит? Перед глазами мелькают кадрами куски каких-то фильмов. Или это его жизнь? То цветная, а то чёрно-белая. Сегодня приходил психиатр. Пытался вытащить из его головы воспоминания о детстве, юности, где учился, есть ли друзья. Но сознание молчало. Никаких зацепок. Только кадры непонятных хроник. Он даже не помнит, как нужно жить, делать элементарные вещи. Смешно, но даже унитаз он увидел впервые. И все чувства будто обострены. Пища кажется неземной, воздух божественным, а люди вокруг удивительными. Вот, взять хотя бы Игоря. Такой бесхитростный ёжик. Крепенький, добродушный и сильный. А Виталий Иванович? Наверное, настоящий доктор должен быть именно таким – внимательным, знающим, с долей юмора и небольшого цинизма. Руки у него сильные. Он помнит, как широкие ладони растирали ему грудь, плечи, руки и ноги. В ушах до сих пор звучат его слова: «Давай, надо жить».

Николай повалился на кровать и закутался в одеяло. Да, нужно жить. Только где? Похоже, что дома у него нет.

========== Глава 4 ==========

        На следующее утро Николай проснулся, ощущая тяжесть и ноющее чувство в паху. Он потянулся проверить, что же ему так мешает, и наткнулся рукой на ту штуку, что болталась с недавних пор у него между ног. Коля почему-то отчётливо помнил, что в прошлой забытой жизни у него такого приспособления не было. Так вот. Штука на этот раз не болталась, а торчала и была как каменная. На ощупь она была ещё к тому же и горячая. Коля засунул руку в штаны и провёл по твёрдому стволу. Застонал вдруг, откинув голову и кусая губы. Подрагивающий орган откликнулся на прикосновение, и по телу прокатилась горячая волна. Что это? Наверное, он снова заболел. Только теперь лечить нужно вот этот ствол. Рука вперёд мыслей стала гладить больную плоть. Дыхание вдруг сбилось, стало прерывистым, а щёки опалил жар. В это время скрипнула дверь, и Николай краем глаза заметил заходящего в палату Виталия Ивановича. Молодой человек замер, крепче закрыл глаза и сделал вид, что спит.

Виталий улыбнулся, заметив яркий румянец на щеках своего пациента.

- Похоже, что ты приходишь в норму, - он присел на краешек кровати. Взгляд его переместился к выпирающему бугорку под одеялом. – Прости, что помешал.

Коля открыл глаза.

- Мне кажется, что я снова заболел, - обеспокоенно прошептал он. - Так жарко и там всё ломит.

Парень скосил глаза на бугор. Виталий усмехнулся. Невинная простота? Или пытается соблазнить? В первое верилось с трудом. В таком возрасте дрочат уже профессионально. Значит, второе. Док нырнул рукой под одеяло. Он не был натуральным натуралом. Как многие мальчики, в четырнадцать лет он экспериментировал со сверстниками. А первый раз у него случился с братом. Только ему он мог доверять, как самому себе.

Виталий провёл рукой по твёрдому члену, сжал его в кулаке и стал двигать вверх-вниз. Николай замычал.

- Тише, - наклонился к его уху доктор. – Не надо привлекать внимания.

Пациент сжал губы. Щёки его запылали ещё ярче. Много времени не потребовалось. Ощутив, как выплескивается жидкость из твёрдой штуки, Коля выгнулся и всхлипнул. Орган опал, приобретая прежнее состояние. Стало намного легче.