4

Я сделал пару шагов и остановился, ожидая, когда глаза привыкнут к темноте. Отовсюду капала вода. Большой стеллаж был опрокинут на пол. Повсюду в лужах валялись разбитые вазы, лампы и изящные статуэтки.

– Зэкки! – Алекс вцепилась мне в плечо. – Зэкки, пойдем отсюда! – прошептала она. – Здесь действительно опасно.

– Оставь дверь открытой, – попросил я. – Пусть идет свет с улицы.

– Но что ты хочешь увидеть! – Эхо ее голоса перекрывало «бульк-бульк-бульк» капающей воды.

Она схватила меня за руку и потянула к выходу:

– Пойдем! Ты же видел предупреждение. На нас может весь дом обрушиться.

Я вырвал руку и пошел дальше. Ковер под ногами был насквозь мокрый, и в тапочках У меня сразу захлюпало.

– Подожди секунду, я только чуть-чуть посмотрю, – нетерпеливо бросил я Алекс. – Классно!

– Ничего классного! – огрызнулась она. – Это глупо.

С одной из стен на нас смотрели безобразные маски. Все они висели под разным наклоном. Другие маски пялились на нас с пола – с тех мест, куда они попадали.

Циферблат высоких деревянных часов был обуглен. Рядом валялись обожженные манки для ловли уток.

Я испуганно попятился, уловив какой-то скрежет. Скрежетало где-то наверху. Алекс охнула.

Я задрал голову. Часть потолка обвалилась. Неужели сейчас на нас рухнет оставшаяся половина?

– Зэкки, идем отсюда! – настаивала Алекс. Она направилась к двери, хлюпая по ковру, как по болоту.

Дверь с шумом захлопнулась. Я обернулся, но порыв ветра уже снова распахнул ее.

Бульк… Бульк… Холодная вода капала мне на плечи.

– Если ты такой упрямый, я уйду одна! – пригрозила Алекс. – Без шуток, Зэкки.

– Ладно, ладно, – пробормотал я. – Иду. Просто мне хотелось выяснить, что произошло.

– Давай скорее! – призывала Алекс. Она уже стояла в дверном проеме.

Я нехотя поплелся за ней, но тут мое внимание привлек предмет, стоявший на одной из верхних полок.

– Эй, Алекс! – окликнул я ее. – Смотри!

Я указал на старинную пишущую машинку.

– Вот это да! У моего папы была похожая, когда я был совсем маленьким, – сказал я.

– Зэкки, я ухожу, – предупредила меня Алекс.

– Я без ума от старых машинок! Посмотри, Алекс, ее даже не тронуло огнем. Наверное, она не испортилась. Я только проверю. Ладно?

И, не дожидаясь ответа, я пересек комнату. У полки я привстал на цыпочки и дотянулся до машинки.

– О-о-о-ох!

Меня пронзила сильная боль. Она прошла сквозь все тело.

Я ошалел.

У меня перехватило дыхание.

И сквозь собственный изумленный крик я услышал треск электрического разряда.

Я беспомощно съежился – вокруг меня били голубые молнии.