Он огляделся, схватил носовой платок со стола, сунул его в карман и бросился из комнаты. Поднимаясь в примерочную, Луэлин Фрост начал протестовать:

– Я не понимаю, почему вы…

Вульф остановил его.

– Мистер Фрост, я терплю, сколько могу. Очевидно, Мак-Нэр болен, но вы не можете претендовать на мое терпение. Не забывайте, что вы ответственны за эту нелепую экспедицию… Где эта примерочная?

– Ну, я и плачу за это!

– Недостаточно. Идемте, сэр.

Фрост повел нас назад по коридору и открыл дверь в конце его налево. Включив свет, сказал, что скоро вернется, и исчез.

Я осмотрелся. Это была маленькая отделанная панелями комната, со столом, раковиной, зеркалами во весь рост и тремя изящными стульчиками, обитыми шелком. Вульф стоял, оглядывая всю эту мишуру. Губы его сжались, и он сказал:

– Возмутительно.

Я улыбнулся ему.

– Я знаю очень хорошо, черт возьми, чего вам не хватает. И не виню вас, так как могу понять. Я принесу его.

Я прошел в кабинета Мак-Нэра, взвалил его кресло на плечо и двинулся с ним обратно к примерочной. Когда я вошел, Фрост и две богини уже были здесь. Фрост пошел за другим креслом, а я поставил мою добычу за столом и заметил Вульфу:

– Если вы привыкнете к нему и оно вам понравится, мы заберем его с собой домой.

Фрост вернулся со своим креслом, и я сказал ему:

– Достаньте еще три бутылки холодного светлого пива, стакан и открывалку. Нам нужно поддерживать его бодрость.

Фрост с изумлением поднял брови.

– Вы с ума сошли!

Я тихо пробормотал:

– Может быть, я сошел с ума, когда предложил вам написать письмо за подписью этих орхидееводов? Тащите пиво.

И он пошел. Я постарался усесться в кресло между белокурой красоткой, с одной стороны, и грациозной сильфидой – с другой.

Вульф принюхался и спросил:

– Во всех ли примерочных так пахнет духами?

– Во всех. – Блондинка улыбнулась ему. – Мы же вошли.

– Нет, это было до вашего прихода. Пф!.. А вы, девушки, работаете здесь? Вас называют манекенщицами?

– Да, так нас называют. Я – Тельма Митчел. – Блондинка взмахнула изящным заученным движением руки. – А это – Элен Фрост.

Вульф кивнул и повернулся к сильфиде.

– Почему вы работаете здесь, мисс Фрост? Ведь такой необходимости у вас нет, не так ли?

Элен Фрост посмотрела ему прямо в лицо широко открытыми глазами. Она ответила спокойно:

– Мой кузен сказал нам, что вы хотите расспросить о… Молли Лоук.

– Действительно…

Вульф сердито откинулся в кресле, чтобы убедиться, выдержит ли оно его. Кресло не заскрипело, и он успокоился.

– Поймите, мисс Фрост. Я детектив. Поэтому меня можно обвинить в некомпетентности, в глупости, но не в дерзости… Какими бы абсурдными или неуместными не казались вам мои вопросы, они могут иметь важнейшее значение и привести к самым мрачным выводам. Такова особенность моей профессии. Фактически, я просто стараюсь познакомиться с вами.

Элен не спускала глаз с Вульфа.

– Хорошо. Но я всего лишь оказываю любезность моему кузену Лу. Он не просил меня знакомиться с вами. – Она судорожно глотнула воздух. – Он просил лишь ответить на вопросы о случившемся в прошлый понедельник.

Вульф наклонился вперед и резко сказал:

– Вы делаете лишь одолжение вашему кузену? Разве Молли Лоук не была вашим другом, разве не была она убита… Вы не хотите помочь раскрыть это дело?

Эти слова не смутили ее. Она снова глотнула воздух, но оставалась спокойной.

– Заинтересована – да. Конечно. Но я все сказала полиции… Я не понимаю, почему Лу, не вижу, почему вы…

Она остановилась, подняла голову и спросила:

– Разве я не сказала, что буду отвечать на ваши вопросы? Это ужасно… это ужасно, то, что случилось.

– Да, это так. – Вульф повернулся к блондинке. – Мисс Митчел. Я так понимаю, что в двадцать минут пятого в прошлый понедельник днем, неделю назад, вы и мисс Фрост вошли вместе в лифт, идущий вниз, и вышли на этом этаже. Правильно?

Она кивнула.

– И здесь никого не было, то есть вы не видели никого. Вы прошли по коридору до пятой двери налево, расположенной напротив кабинета Мак-Нэра, и вошли в комнату отдыха четырех манекенщиц, работающих здесь. Молли Лоук была там. Правильно?

Она снова кивнула. Вульф продолжал:

– Скажите мне, что случилось потом?

Блондинка вздохнула.

– Ну, мы начали говорить о показе, покупателях и так далее. Ничего особенного. Поговорили минуты три, а затем Молли вспомнила, что что-то забыла… Она полезла под пальто и вытащила коробку.

– Позвольте. Каковы были точные слова мисс Лоук?

– Она просто сказала, что у нее есть кое-какая добыча.

– Нет, пожалуйста, точные слова. Так что она сказала?

Мисс Митчел посмотрела с удивлением.

– Ну, если я смогу вспомнить… Так вот: «Ой, я забыла, девочки. У меня есть добыча. Я свистнула это». После этого она вытащила из-под пальто коробку.

– Где было пальто?

– Это было ее пальто. Оно лежало на столе.

– Где были вы?

– Я? Я стояла там. Она сидела на столе.

– Где была мисс Фрост?

– Она… Напротив, около зеркала, поправляла волосы. Не так ли, Элен?

Сильфида кивнула.

Вульф продолжал:

– А затем? Но, пожалуйста, вспомните точно ее слова.

– Она протянула мне коробку, я взяла, открыла ее и сказала…

– Коробка была распечатана?

– Не знаю. На ней не было ни бумаги, ни ленточки, ничего подобного. Я открыла коробку и сказала: «Эх, ты! Здесь два фунта конфет и совсем нетронутых. Где ты достала их, Молли?» Она ответила: «Я сказала тебе, что свистнула… Ну как, хороши?» И она предложила Элен угоститься.

– Это точно ее слова?

Мисс Митчел нахмурилась.

– Я не знаю. Она просто сказала: «Угощайся, Элен, присоединяйся к компании, Элен» – нечто вроде этого. Во всяком случае, ни одной конфеты Элен не взяла.

– Что она сказала?

– Я не знаю. Что ты сказала, Элен?

Мисс Фрост заговорила, уже не глотая воздух.

– Я не помню. Я только что пила коктейль, и мне ничего не хотелось.

Блондинка кивнула.

– Да, что-то вроде этого, затем Молли взяла одну штуку, и я одну.

– Позвольте. – Вульф поднял палец. – Вы держали коробку?

– Да. Молли дала ее мне.

– А мисс Фрост ее не держала?

– Нет, она же сказала, что не хочет конфет. Она даже не взглянула на нее.

– А вы и мисс Лоук взяли каждая по одной штуке?

– Да, я взяла засахаренный ананас. В коробке было ассорти: шоколадки, разные конфетки, орешки, засахаренные фрукты. Я ела свою. Молли положила в рот конфету целиком, и после того, как раскусила ее, сказала, что рома в ней слишком много.

– Поточнее, пожалуйста?

– Ну, она сказала… дайте подумать: «Боже мой, здесь 200 градусов, но не так плохо. Я могу одолеть это». Она сделала гримасу, прожевала и проглотила конфетку. Затем… ну, вы не поверили бы, как быстро все случилось…

– Постараюсь поверить. Расскажите мне.

– Прошло не больше полминуты, я уверена, не больше. Я взяла еще одну конфетку и съела ее, а она посмотрела в коробку, говоря что-то о неприятном вкусе…

Она замолчала. Дверь распахнулась, и вошел Луэлин Фрост с бумажным мешком. Я забрал его, извлек открывалку, стакан и бутылку и расставил их перед Вульфом. Вульф взял открывалку и прикоснулся к бутылке…

– Оно слишком холодное.

В это время Элен Фрост выговаривала своему кузену:

– Итак, вот что вы придумали. Наш детектив хочет знать все точно. Каждое мое слово. И спрашивает Тельму, была ли у меня в руках коробка с конфетами?

Фрост похлопал ее по плечу.

– Ну, Элен, спокойнее. Вульф знает, что делает.

Бутылка и стакан опустели. Вульф вытер губы.

– Итак, мисс Митчел, мисс Лоук говорила о горечи во рту?

Блондинка кивнула.

– Да, а затем… ну… вдруг она выпрямилась и вскрикнула. Она не завизжала. Она просто подняла шум. Встала со стола, а затем откинулась назад на стол, ее лицо исказила гримаса… оно все… перекосилось. Лоук посмотрела на меня широко открытыми, невидящими глазами. Ее рот открывался и закрывался, но она ничего не смогла произнести: по всему телу пробежала какая-то дрожь. Она вцепилась в меня, ухватила за волосы… и…