- Придурок, - слезки давайте, даю зеленый свет. Слезки, как и ожидалось, не заставили себя долго ждать и полились и глаз, а теперь главное не засопливеть, а то вообще некрасиво будет.

- Эй, Лекс, ты чего рыдаешь? - шокировано спрашивает у меня Дрон, - Альфы не плачут.

- А потому, что ты придурок. Какой я тебе альфа?! Я омегой всю жизнь был. Я омега, тупая твоя башка! ОМЕГА, у тебя что нюх отшибло?! – нет, я все понимаю, у меня запаха почти нет, но в течку то он все равно обостряется, а мы сидим в закрытой на все окна маленькой кабине. Ну должен же он меня почувствовать!

- Вообще-то, ты мне нос сломал, - тихо пробурчал Дрон.

- И это все, что ты мне можешь сказать на мое признание? – Все-таки мой любимый стопроцентный идиот. А как еще, если я ему только что признался, а он мне про свой нос претензии высказывает?

- Зачем говорить? Я лучше сделаю, - произносит Дрон и, резко поднявшись, подходит ко мне вплотную. Зажмуриваю глаза, когда он берет мой подбородок в свои руки. И вот уж точно чего не ожидаю, так это того, что меня поцелуют.

- М-м-м, Дроон? - сквозь поцелуй бормочу я, - Ты это чего?

- А ты против? - уже переходя на шею, отвечает мне Дрон.

- Да нет, я только за, - чуть ли не со стоном соглашаюсь я.

- Вот и хорошо, и учти, это не только из-за твоей течки, я реально тебя хочу. - да пофигу, пусть даже это будет из-за течки, только не останавливайся.

Руки Дрона скользят по спине, пальцы пробегают вдоль лопаток, приподнимая кофту все выше. Поднимаю руки над головой, и кофты на мне нет. Секунда, и альфа тоже предстает передо мной с голым торсом. Ах, у меня сейчас кровь носом пойдет, ну нельзя же быть таким красивым. Мои руки начинают путешествие по голому торсу альфы, а черт с ним, попытка не пытка. Легким движением рук прошу Дрона встать с колен, получилось. Вот только почему этот дурацкий ремень не хочет расстегиваться? Промаялся еще с полминуты, и ко мне на выручку приходят руки Дрона, которые ловко расстегивают ремень. М-м-м, кажется, я чуток погорячился, минет это еще куда ни шло, а как такое в меня войдет-то? Но остановиться не могу.

Мимолетное движение языка по головке, стволу, и в мои плечи вцепляются руки альфы, странный он, как будто не у меня течка, а у него. Мои пальчики скользят по яичкам, рот постепенно вбирает член альфы, то глубже, то вновь выводя его почти полностью. Движение головой не прекращаются, в животе творится черт-те что, член уже болит от желания. Никогда бы не подумал, что минет может так возбудить.

- Твоюж, Лекс, продолжишь еще немного, и я трахну тебя без подготовки, тебе ясно? - возбуждено шипит Дрон, выскользнув из моего рта.

- Тогда делай уже хоть что нибудь, у меня, между прочим, течка уже час как, и я здесь сам уже подумываю, как бы мне тебя не отыметь, - с придыханием говорю я.

- Оки, на город полюбуйся, - и с этими словами меня разворачивают и, поставив на ноги, заставляют упереться руками в стекло и выгнутся в позвоночнике.

Руки Дрона уверено расстегивают и приспускают мои джинсы с бельем, раздвигают ягодицы, и его язык скользит по пульсирующему анусу. Как же приятно, и как же стыдно! Он будто пробует меня на вкус, легонько скользя вверх, вниз, обводит по окружности и вводит его внутрь, ахх, куда?

- Ты очень вкусный, - раздается возле моего уха, и палец Дрона легко проскальзывает в меня.

- Ты пахнешь мною, - со стоном от новых ощущений шепчу я.

- Знаю, - и в меня проскальзывает второй палец.

Легкие и аккуратные движения, рука Дрона на моем пульсирующем члене, пальцы такие длинные и ловкие, испарина на моем лбу, сколько можно меня мучить? Он вводит третий, и я выгибаюсь еще больше. Все! Не могу! Хочу.

- Хорошо, хорошо, как скажешь, - тихо проговаривают над моим ухом, неужели я сказал вслух?

Стон вырывается неосознанно, когда из меня легко выскальзывают пальцы Альфы. Хруст обертки презерватива, что? И кто из нас идиот? Я вот совсем об этом не подумал. Движение Дрона за спиной, и головка его члена упирается в меня. Горячий поцелуй в шею, и моя рука, сжимающая его бедро от силы ощущений, когда его член заполняет меня всего без остатка. Надо вдохнуть или выдохнуть, я все забыл, есть только чувство осознания, что моему альфе также хорошо, как и мне. Мой неосознанный толчок, и он приносит такую феерию чувств, что хочется взвыть. Приятно, больно и вновь приятно. Теплые сильные ладони на моих бедрах, нежные губы и обжигающий поцелуй. Медленные, но такие уверенные толчки, я уже не знаю, как мне удержаться на ногах, меня просто выгибает, руки скользят по стеклу. Какая панорама? Какой вид? Толчок, мой стон, еще один, как он может сдерживаться? Толчок, мой вскрик, сильнее, больше, глубже, давай, не смей останавливаться. Толчок, и позвоночник простреливает молнией, по всему телу проносится дрожь, когда альфа задевает клубок нервов. Толчок, прогибаюсь сильнее, стараясь двигаться в такт своему альфе. Толчок, моя рука обхватывает его руку на моем члене, давай же, сожми, двигай быстрее, дай мне кончить, кончай сам, дай мне это почувствовать. Все более грубые, резкие толчки, здесь уже не чувства, здесь лишь страсть, похоть, звериное желание обладать, пометить, сделать своим.

- Давай, кончай, я больше не могу, - полустон Дрона, и меня будто пробивает от его голоса.

Пытаюсь сжать свои губы, чтобы не кричать, не получается, не выходит, я кончаю бурно, так, как никогда, так зачем сдерживаться? Дрон, рыкнув, следует за мной. Я чувствую растущий узел, и меня вновь прогибает от ощущений, когда он садится вместе со мной на сиденье. Его пальцы все еще у меня на яичках, рука на члене, губы исследуют мою шею, спину, лопатки. Ощущение распирания внутри, эта непрекращающаяся пульсация, и я внезапно вновь кончаю, пачкая свой живот.

- Это было нечто, - отдышавшись, произносит Дрон.

- Это точно, - отвечаю я и откидываюсь на него. Все, меня не кантовать, при пожаре выносить первым.

***

- Дрон, - аккуратно начинаю я.

- Заткнись, хотя нет, расскажи-ка мне дураку, нахрена ты все это время прикидывался альфой? - возмущено требует Дрон, даже не сдвинувшись с места, а так и продолжая сидеть у меня за спиной, хотя сцепка уже прошла. Его руки покоятся у меня на животе, а голова на плече. И как я должен думать, когда он так близко? Интересно, это он меня так греет? Хотя лето почти, чего греть то?