Степан Сергеевич ВАРТАНОВ

ВИРУС КОНТАКТА

ПЯТЫЙ УГОЛ

Синоптики, как всегда, не ошиблись. Казавшееся час назад таким безоблачным, небо нахмурилось, и вскоре в воздухе закружилась тонкая водяная пыль — уже не туман, но еще не дождь. Глубоко засунув руки в карманы, Вен брел по тротуару, вспоминая сегодняшний разговор с начальством, и вчерашний, и все предыдущие. Еще сегодня утром он был полон решимости отказаться от этой работы.

«Все дело в том, что я трус, — мрачно подумал он. — Никаких других причин. Трус. Я мог бы сказать „нет“, и никто не заставил бы меня выполнять чужие обязанности. Уволить… Уволить он меня не мог. Не мог ничего. Я просто испугался. И заработал две недели отпуска и два года каторги».

От размышлений его отвлек громкий смех. Под аркой, спасаясь от дождя, стояли четверо — три парня и девушка. Белые кожаные куртки без рукавов и высокие «пилотские» ботинки выдавали в них «мух» — воздушных хулиганов. Вся компания смотрела в сторону Вена и смеялась.

Неожиданно Вен понял, в чем дело. Ну конечно! Ведь он шел по правой стороне! А теперь… Выходит, не доходя до этих ребят метров пятнадцати, он перешел на другую сторону улицы! Машинально, не отдавая себе отчета. Подсознание труса — тоже трус. Настроение испортилось окончательно. Подняв руку, Вен подозвал флаер и остальную часть пути проделал по воздуху.

«Надо сменить обстановку, — думал он, направляясь к дому. — Море, юг. Можно даже слетать на Землю. Развеяться. А уж потом — отказаться от этой работы. Да, именно так. Уехать отсюда. Две недели…»

— Хелло, Вен! — На экране возникла квадратная физиономия Норта, его соседа. — Я уехал на месяц на Изумрудную. Корми моего крокодильчика. Все, чао!

Запись кончилась, экран погас. Несколько секунд Вен пытался осознать услышанное, затем беспомощно выругался. Крокодильчик! Придется кормить эту тварь, а отпуск…

Норт обслуживал биостанцию на Изумрудной — планете-террариуме, и крокодильчика привез в прошлый раз. Естественно, контрабандой, поэтому нанять прислугу было нельзя. Да и зачем, когда все проблемы можно свалить на безотказного Вена…

Прошло, наверное, не меньше получаса, когда внимание Вена привлек какой-то шум в прихожей.

— Это уже слишком, — зло произнес он, — нервы…

— …Надо беречь. — С этими словами в комнату вошел лысый мужчина лет сорока, одетый в отлично сшитый костюм свободного покроя. Вен буквально подскочил.

— Как… Кто вы?! Как вы сюда попали… — На беду, фон стоял в самом дальнем углу комнаты и добраться до него было, пожалуй, непросто.

— Вы забыли запереть дверь, — улыбнулся незнакомец.

— Я…

— Шучу, она была заперта. — Мужчина уселся в кресло и указал на другое. — Садитесь.

— Послушайте…

— Зовите меня Жак. — Похоже было, что незваному гостю доставляет искреннее удовольствие наблюдать за своим собеседником. — Да садитесь же! — нетерпеливо повторил он. — Будь у меня желание вас прикончить, я давно бы это уже сделал. Ну же!

Вен не столько сел, сколько упал в кресло.

— Я к вам по делу, — сказал Жак. — Мы, агентство «Пентагримма», обслуживаем именно таких клиентов, как вы.

— Каких — как я?

— Слабонервных, — любезно отозвался Жак, закидывая ногу на ногу.

— Хотя у меня нет оснований для неудовольствия, — говорил Жак полчаса спустя, — но все же, господин Вен… Вы совершенно не умеете спорить. Нет в вас этого… азарта. — Он сокрушенно развел руками.

— Я это подпишу, — мрачно произнес Вен, — вы меня убедили. К тому же, у меня все равно отпуск. Сколько это будет — стоить? — Он откинулся в кресле, и даже попытался скрестить руки на груди.

— Семнадцать синеньких. — Жак осуждающе посмотрел на своего собеседника. — Не смотрите на меня так, господин Вен, мне неловко.

— Сем…

— Право же, успокойтесь…

— Какой, к черту, успокойтесь! — Вен обрел наконец дар речи. — Семнадцать тысяч!!! Да я планировал потратить одну десятую, нет, одну двадцатую… Семнадцать тысяч!!! Где я их возьму, в конце концов?!

— Видите ли, господин Вен, — похоже, эта пламенная речь не произвела на Жака ни малейшего впечатления, — то, что мы вам предлагаем, это отнюдь не туристический круиз. Собственно, по тому мы и отказались от идеи предлагать это дело туристам, что… Дорого это, господин Вен. — Жак улыбнулся и с удовольствием повторил: — Дорого. Вы станете героем детектива и пойдете по пути, полному опасностей и приключений… Не так ли? Ну вот… А если вы вывалитесь из окна? — Он назидательно поднял палец. — Если вывалитесь из окна, то под окном должна быть натянута страховочная сетка. И так далее в течение недели. Да, вы будете играть роль мужественного человека, но вам потребуются и противники — профессионалы. Чтобы и себя контролировали, и вас, извините, ненароком не зашибли. Профи. Им тоже надо платить.

— Я мог бы поехать в сложный поход… — задумчиво произнес Вен.

— Вы уже занимались компу-до, — усмехнулся Жак. — И водили скуллер. И стреляете вы неплохо.

Вен вздохнул — он понял, к чему клонит его собеседник.

— Но вы не научились не бояться жить, — заявил Жак. — Вы боитесь драться, боитесь женщин, спорить вот боитесь… И за искусство не бояться вы заплатите семнадцать косых — ровно столько, если я не ошибаюсь, лежит у вас на счету. Мы даже согласны кормить вашего крокодила… Майк!

— Да-да?

Вен вздрогнул и обернулся. За спинкой его кресла стоял мускулистый детина лет двадцати пяти, с яркими голубыми глазами и копной соломенных волос. Одет он был в шорты и армейскую рубашку.

— Майкл Томпсон, — представил Жак новое действующее лицо. — Отныне — ваш гид по миру пентаграммы.

— Очень приятно, — вздохнул Вен, — кстати, а почему, собственно, такое название?

— Пятиугольник, — пояснил Жак, — издавна служил символом защиты. Согласитесь, это близко нам по духу. Мы ведь тоже защита. От страхов и слабостей… Впрочем, — тут он подмигнул Майку, — это объяснение было изобретено потом.

— Есть у меня друг, — весело подхватил Майк, — Андрей зовут. Русский. Сейчас он занят, а то… Ну так вот, у русских была очень популярна такая игра — пятый угол. Хорошая игра… Ну все, — он взглянул на часы, — пять минут на сборы. Мы летим в курортную зону. По нашему сценарию там перевалочный пункт контрабандистов мехом сапфировых панд. Ты их всех перестреляешь, выйдешь на их связную, переспишь с ней…

— Пере…

— Или с ним, — беззаботно отозвался Майк. — Не важно. Главное, отныне ты — Вен по кличке Динамит. Понял?

Вен робко кивнул. События развивались быстрее, чем он привык.

— Хорошо. А… а что это за игра, пятый угол?

— Вся наша жизнь — игра, — неопределенно отозвался Майк. — Именно так.

Курорт встретил Вена теплом и ни с чем не сравнимым запахом моря. В щелях между бетонными плитами полосы росла трава, усыпанная белыми горошинами улиток, дул легкий ветерок.

Всю дорогу Майк просвещал его насчет предыстории этого милого городка, который он называл не иначе как притоном негодяев. Вену казалось, что он перегибает палку.

— Перед тобой, — говорил он полушепотом, — мы заслали сюда Хромого Пена… Где тут стоянка? Ага… Так я говорю — Пэна. Ты знал его?

— Я?

— Ну да, — нимало не смутившись, сказал Майк, — ты же тогда был десантником на Веселео!

— Я?! А… Это по легенде, да?

— Ага. По легенде. Да, чуть не забыл! Надень. — Майк остановился и извлек из нагрудного кармана пакетик, а из пакетика, в свою очередь, небольшой кусочек желтого металла.

— Что это?

— Фикса.

— Что-что?

— Коронка. Открой рот.

— Но…

Не слушая возражений, Майк пристроил фиксу на нижней челюсти Вена.

— Внутренний голос, — пояснил он. — В штабе «пенты» сидит телепат и следит за твоими подвигами. А через фиксу идет обратная связь. Понял?

— Но телепатия запрещена! Нельзя даже разрабатывать схему усилителя, не говоря уже о его включении! Если вас засекут…