«Сколько потрачено времени в бездействии! — думал Кейри. — Надо было сразу же после ее исчезновения энергичней взяться за поиски. И как я мог поверить записке! — Он посмотрел на циферблат, вделанный в панельную доску. — Без пяти три. Осталось одиннадцать часов тридцать пять минут до ее отъезда. Что я могу сделать за эти считанные часы, из которых надо выбросить время до рассвета?» Он стал мучительно думать. «Пойти к отцу?..» Томас горько улыбнулся, представив презрительно сжатые губы этого человека. Он не все рассказал своему другу о свидании с мистером Чевером. Тот хоть и сказал, что Джейн может выходить за кого захочет, но при этом добавил:

— Если же вы хотите знать мое мнение, то я категорически против. Девочка не для вас. Вы слишком мало стоите, а следовательно, значение ваше ничтожно в нашем мире. Попробуйте заработать хотя бы миллион на первый случай. — И он раскатисто захохотал. Затем сказал: — Не вздумайте преследовать ее своими домогательствами. К тому же должен вам сообщить, что вы у нее не первый и всем она очень быстро показывала на дверь. И в вас она уже разочаровалась. Вы когда видели ее последний раз? Сегодня утром?

— Да.

— Так вот, больше вы ее не увидите. И не пытайтесь. Постарайтесь наверстать потерянное с Джейн время более плодотворной работой. И когда у вас появится первый миллион…

Сколько презрительного превосходства слышалось в его словах! «Почему я тогда не вспомнил, что мне говорила Джейн о своих отношениях с отцом? Меня ослепила ревность, я был раздавлен словами этого человека, не сумел достойно ответить ему… Но что же все-таки мне предпринять?»

Они познакомились с Джейн пять месяцев назад во время нашумевшей дорожной катастрофы на Королевской дороге. Рейсовый автобус развернулся поперек шоссе, машины наседали одна на другую, переворачивались в кювет. «Крайслер» Джейн сдавили с боков два автомобиля, искорежив корпус, бампер «крайслера» врезался в багажник передней машины, по сама девушка отделалась только сильным испугом. Томас Кейри увидел Джейн, когда пожарники, вспоров откидной верх машины, извлекли ее оттуда и поставили на обочину среди разбитых автомобилей. Репортер предложил ей свой «форд». Она села на заднее сиденье, закрыла глаза, вздрагивая, когда до ее уха доносились стоны раненых.

— Вы подождите минут десять, пока все утрясется, — сказал он и захлопнул дверцу машины.

Прошло полчаса, пока расчищали дорогу и Кейри брал интервью у легко раненных и оставшихся невредимыми участников катастрофы.

Всю дорогу до города девушка не проронила ни слова, хотя Томас несколько раз спрашивал, куда ее отвезти. Наконец, уже в городе, она назвала адрес. Жила она на холме Ноб, где расположены самые дорогие отели и дома очень состоятельных людей. На тихой, пустынной улице она попросила остановить машину у чугунной ограды.

— Я вам безмерно благодарна, — сказала она, протягивая руку. — Меня зовут Джейн. Джейн Чевер. Мы здесь живем с отцом. Видите, какой у нас большой и холодный дом. Боже, как мне всегда страшно в него входить! Это у меня с самого детства. Когда была жива мама, мы проводили с ней большую часть года в загородном доме… Ну прощайте…

Он невольно задержал ее руку в своей.

— Разрешите и мне представиться. Томас Кейри. Как вы уже, вероятно, догадались — репортер. Простите, ваш отец не президент пароходной компании?

— Да. Вы с ним знакомы?

— Лично нет, но я писал о забастовке на его судах.

— У него частые неприятности со своими людьми. Отец очень суровый человек… Так вы репортер? Как это, должно быть, интересно — всегда находиться в потоке жизни!

— Интересно только со стороны, Джейн. У нас был знаменитый журналист Менкен, так он писал, что американская журналистика — это ремесло, которое изнашивает и оглупляет людей. К концу жизни журналист в девяти случаях из десяти становится тупицей.

— Да? Но вы пока непохожи на тупицу. Не стал им, как видно, и Менкен. Надеюсь, не отупеете и вы.

Оба рассмеялись, не разнимая рук, забыв о недавнем страшном событии. Сейчас, в тихий теплый вечер, им казалось, что никакой дорожной катастрофы не было, что они давным-давно знали друг друга и вот встретились снова после долгой разлуки.

— Вы не торопитесь? — спросила она.

— Что вы, нет, нет! — ответил Томас, хотя должен был срочно сдать в редакцию материал о катастрофе, «Ничего, успею. У меня в запасе час времени», — подумал он.

Джейн провела его в сад.

Сгустились сиреневые тени. Отдаленным рокотом прибоя сюда доносился гул огромного города. Пахло листвой платанов и розами. Внезапно Джейн остановилась, испуганно схватив спутника за руку: послышался хруст песка на боковой дорожке.

— Идет отец, уходите! Вот. — Она порылась в сумочке и сунула ему визитную карточку. — Звоните. Я эти дни буду дома. Лучше по утрам. Прощайте!

Возле калитки Томас Кейри расслышал желчный голос:

— Что за тип?.. Газетчик?.. Я же приказал не пускать репортеров! Если он еще посмеет, я спущу собак…

«Но что же делать, что делать?» — в который раз спросил себя Томас Кейри, прибавляя скорость.

За полгода их знакомства они встречались часто, а если встречи не удавались из-за занятости Томаса, то обязательно разговаривали по телефону.

«Джейн совсем одинока. Как я мог подумать, что она так резко, безжалостно пошла на разрыв! Без всяких причин! И я поверил этой злосчастной записке. Надо было добиваться встречи всеми силами. Боже, как я ее обидел! Что она может подумать о таком человеке, как я?»

Из миниатюрной приемопередаточной станции, выпущенной специально для автомобилистов, скучающих на бесконечных дорогах Америки, послышался мелодичный голос. Томас Кейри вздрогнул: голос напомнил ему Джейн. Только Джейн никогда бы не смогла произнести такой монолог.

— Привет! Ну что вы все молчите, будто вместо виски налакались отравы для осенних мух. Отвечайте! Я вот уже целый час умираю со скуки. Мои позывные — «Пантера».

Тотчас же отозвался бас:

— Привет, крошка! Я много слышал о тебе. Давай познакомимся. Я — «Черный ягуар». Скажешь, таких не бывает? А на что косметика? Ха-ха-ха…

Томас Кейри выключил приемник и проехал несколько километров, перебирая все возможности разыскать Джейн. «Если бы у меня были деньги, то можно было нанять детектива или попытаться подкупить секретаршу Чевера мисс Брук».

Он тут же посчитал эту мысль глупой, порожденной отчаянием: о каком подкупе и о каком детективе можно думать, имея в кармане пятнадцать долларов и тридцать пять центов. Осталось одно — попытаться пробиться на лайнер и там переговорить с Джейн.

Придя к такому решению, Томас почти успокоился. Оказывается, все так просто: надо только разыскать Джейн, растолковать ей, как они глупо попались на провокацию, и все пойдет как прежде. Конечно, они выведут на чистую воду того, кто писал фальшивые письма. Неужели отец? Или мисс Брук по его наущению? Секретарша добрая девушка, но она больше всего на свете боится потерять работу… «Нет, мне не отвлечься от этих мыслей, а надо немного отдохнуть. Просто пока не думать ни о чем. Послушаю-ка я лучше, что творится на дорогах. И от них пока никуда не денешься». Он включил транзистор, настроенный на волну дорожной полиции, и стал по привычке краем уха улавливать сообщения патрулей.

На сто восьмом километре шоссе N3 авария молочной цистерны: лопнула камера, и машина врезалась в фонарный столб. Шофер и его помощник легко ранены. На дороге N2 дело посерьезнее. Полицейский торопливо докладывал о числе жертв. В другое время Томас Кейри немедленно помчался бы к месту катастрофы, сейчас же довольно равнодушно прослушал это трагическое сообщение, будто прочитал вчерашнюю газетную хронику.

Полицейские передавали номера машин, задержанных за превышение скорости. Пьяная компания сшибла изгородь частного владения и въехала на птичник: водитель уснул за рулем. Жертв нет, но случай интересный, носит комический характер. Такую информацию любит заведующий отделом Джонс. Наконец его внимание привлек разговор двух полицейских. Постовой разговаривал с дежурным по дорожному отделению полиции.