Ядерный ад

Вступление:

Вот уже тридцать лет, небольшой городок медленно уходит под песок, что беспрестанно приносит горячий ветер из сердца раскаленной пустыни. Окраины давно уже скрылись под пологими и сыпучими барханами, на которых росла редкая верблюжья колючка и жалкие кустики саксаула с редкими вкраплениями уродливо торчащих бетонных плит и причудливо изогнутой арматурной сетки. Городскому центру повезло несколько больше - если окраины большей частью состояли из самых старых трехэтажных, редко четырехэтажных кирпичных построек, то дальше шли дома повыше, построенные из массивных бетонных плит. Именно они отрезали песку путь в сердце промышленного городка. Но это не могло продолжаться слишком долго - регулярные ураганы приносили с собой тонны мелкого песка, который словно абразив, медленно, но упорно подтачивал стены построек. Среди пологих песчаных холмов уже виднелись первые жертвы - обрушившийся остов длинного семиэтажного здания, рядышком притулилась провалившаяся посередине и почти засыпанная четырехэтажка. И таких свидетельств апокалипсиса более чем достаточно. Еще полвека и пустыня поглотит последние свидетельства некогда великой цивилизации.

Но пока жизнь еще теплится в окружающих окрестностях - кое-где за полуразрушенными остовами домов вырываются редкие жидкие дымки костров, в воздухе чувствуется запах готовящейся похлебки из юрких пустынных ящериц и беспомощных в своей медлительности черепах. Оставшиеся в живых после Великого Затмения и Смертного Холода, продолжают жалкие попытки выжить в раскаленной домне пустыни, некогда носящей имя Кызылкумов - Пустыня Красных Песков… Теперь же ее называют иначе - Знойная Пустошь.

Глава первая.

С самого начала покосившееся здание ничем не привлекло моего внимания. Таких полуразрушенных бетонных коробок в округе было более чем достаточно. Некоторые сохранились лучше, от других остались только выгоревшие остовы или груды перекрученной арматуры, бетонной крошки и кирпича. Я уже почти миновал его, когда краешком взгляда зацепился за неплотно прикрытую подъездную дверь.

Несколько дней назад я проходил здесь. Тогда, покосившаяся ржавая металлическая дверь стояла открытой нараспашку упершись нижним углом в бетонный выщербленный пол - верхняя петля давно проржавела и не выдержав веса двери лопнула. А сейчас дверь кто-то аккуратно закрыл. Захлопнуться от порыва ветра она не могла - больно тяжела. На выщербленном и побелевшем от старости асфальте осталась четкая борозда. И несколько неровных темных пятен. Кровь.

Автоматически присев за обгоревшим остовом грузовика, я прислонился спиной к ржавому ободу колеса и задумался. Внутри здания кто-то был. Человек. Раненые животные не прикрывают за собой дверь. В крайнем случае, мутант. И этот кто-то ранен и истекает кровью.

Я все еще мог просто уйти, благо дополнительный маршрут уже давно был продуман и многократно проверен - развернуться назад, перебраться через невысокий каменный забор бывшего детсада и пройдя его насквозь, я окажусь между двумя полуразрушенными четырехэтажками галерейного типа. Оттуда рукой подать до моей берлоги.

С другой стороны, если неизвестный тяжело ранен, то он мог уже умереть и тогда, мне может обломится все его барахло…

Голодная зима только-только закончилась и, хотя я пережил ее относительно благополучно, последнее время мне не слишком везло в охоте. Если удастся разжиться съестным, то я смогу переждать надвигающийся песчаный шторм в своей уютной берлоге. Это при идеальном раскладе.

А еще, я могу нарваться на отравленный болт из арбалета или на пулю, пока буду вслепую красться по темным коридорам безжизненного здания. Укрывшийся внутри неизвестный тоже не дурак и несомненно ожидает незваных гостей.

Что же делать?

Через пять минут жадность перевесила чувство благоразумия. Проклиная себя на все лады, я прополз под грузовиком и осторожно осмотрел темные окна с торчащими осколками стекла. Ничего и никого. Панельный пятиэтажный дом выглядел как ему и положено - мертвым. Не сбавляя темпа метнулся под стену дома, в любую секунду ожидая услышать выстрел или звенящий свист стрелы - последнее, что я услышу в своей жизни. Приникнув к нагретой солнцем стене, задержал дыхание и прислушался, поводя глазами по сторонам, особенное внимание уделяя черным провалам окон.

Тишина… только легкий весенний ветер едва слышно шелестит над крышами…

К подъезду я не пошел - ищи дурака! Если раненому незнакомцу хватило ума прикрыть за собой дверь, то может и на установку ловушки мозгов хватит. Однажды я по тупости напоролся на присыпанного песком “ежа” - хромал еще два месяца и только чудом не помер от заражения крови или столбняка. Ну и конечно тот факт, что я вовремя достал пару блистеров с пенициллином и прилежно жрал по таблетке в день. Правда если вспомнить, что именно пришлось отдать за таблетки, то лучше бы я сдох - отнес на толкучку практически новый шахтерский фонарик.

Подпрыгнув, я уцепился за выщербленные кирпичи и подтянувшись, одним рывком оказался на подоконнике. Изображать из себя неподвижную мишень я не стал - смотря куда ставлю ноги, мягко спустился на пол, шагнул в темный угол и присел, одновременно доставая из кармашка метательный нож. Рукоять привычно влипла в ладонь и это ощущение подействовало на меня успокаивающе. Пару минут я неподвижно сидел, пока глаза привыкали к сумраку. Убедившись что вижу отчетливо, в два мягких шага оказался у двери и рывком выглянув в коридор, тут же дернулся обратно. Нормально, опасности нет - за долю секунды я успел оглядеть узкий коридор и убедился, что он абсолютно пуст. Нет даже развалившейся мебели. Вообще ничего, кроме слоя пыли на полу и стенах. И двери нет - пустой дверной проем с мясом вырванным косяком. Работа мутов-мусорщиков - они волокут к себе в подземелья все подряд без разбору. Натура у них такая… мусорная.

В остальные комнаты я заглядывать не стал и быстро проскочил короткий коридор стараясь не шуметь. С рюкзаком за спиной это было не так-то и легко, но оставить все свои вещи под остовом грузовика я просто не смог - жаба задавила. Вот будет смех, если я здесь ничем не разживусь, а за это время мой рюкзак сменит владельца. Нет уж.

Задержался я лишь на лестничной площадке, где вновь опустился на колено и внимательно осмотрел замусоренный пол. Ничего. Ни следов неизвестного, ни капель крови. Всю площадку покрывал желтоватый налет песка, нигде не нарушенный. Здесь никто не проходил как минимум несколько недель, а то и больше.

“Помер прямо в подъезде?” - мелькнуло у меня в голове. Изогнувшись словно змея, я осторожно перегнулся через перила и разочаровано обозрел пустую коробку подъезда с покосившейся дверью. Ничего интересного, кроме клочьев облезшей краски, бетонной пыли вперемешку с песком и засохших экскрементов.

- Да чтоб тебя! - не сдержавшись, выругался я во весь голос. Только зря потел и изображал из себя невесть что.

“Тоже мне, великий разведчик пустыни!” - мысленно отругал я себя - “Сколько раз тебе Тимофеич говорил первую заповедь - не включай воображение, не включай воображение!”.

А ведь прав был старик, пусть песок будет ему мягок! Стоило мне увидеть несколько капель крови (а кровь ли это вообще?) и сдвинутую с места дверь, как сразу включилось воображение и мысленно дорисовало умершего незнакомца с битком набитым рюкзаком за плечами и связкой снаряженных огнестрелов! Небось подраненный джейран налетел боком на дверь и помчался себе дальше, уходя от горе охотников. А я придурок наивный, губы раскатал на богатую добычу… Эх…

Уже не таясь, я шумно прошлепал по выщербленным бетонным ступеням, на ходу пряча нож обратно в кармашек. Сделал несколько шагов к двери и только собрался было выглянуть на улицу как краем глаза зацепил что-то темное на полу и остановился словно вкопанный. Не двигаясь, скосил глаза вниз и с обмиранием увидел цепочку темных пятен пересекающих пол и уходящих мне за спину… лопухнулся…

Loading...