Себастьян хмыкнул: уж каких только блистательных эпитетов не удостоил его собеседник эту старую деву.

— Не насмехайся, или я натравлю ее на тебя, — пригрозил Майк. — Могу поспорить, и ты не устоишь перед ее очарованием.

— По-моему, — с плохо скрытым скептицизмом заметил Себастьян, — ты чересчур увлекся.

— Так что, ты принимаешь пари? — Майк лучезарно улыбнулся. — Позволь, я представлю тебя, кузен.

Несомненно, святая Иден — вымысел недалеких местных жителей. Пробираясь сквозь толпу к особе, заслужившей столь высокую оценку, Себастьян не сомневался, что эта выдающаяся леди окажется при ближайшем рассмотрении ничуть не лучше прочих.

— Иден Пембрук, я хочу вас кое с кем познакомить.

Иден обернулась. Рядом с Майком стоял незнакомец тридцати с небольшим лет, крепкого телосложения, в черном бархатном костюме, явно сшитом у хорошего портного. Выглядел он очень аристократично, но она почувствовала нечто не вязавшееся с внешним лоском. По-видимому, именно этим господином весь последний час бредила Дафни Каннингем, утверждавшая, что влюбилась с первого взгляда. Ну что ж, пожалуй, ее можно понять. Он, несомненно привлекателен: серебристо-серые глаза с длинными густыми ресницами и волнистые волосы, словно грозовая туча. Но Иден была на пять лет старше своей подруги, и ее увлекали Куда более важные вещи, чем чьи-то красивые глаза. Хотя, надо признаться, в незнакомце действительно было что-то неуловимо притягательное.

— Очень приятно, что вы приняли участие в нашем празднике, сэр. — Иден приветливо улыбнулась. — Друг Майка — мой друг.

— Он мой кузен, — вставил Майк.

Себастьян заглянул в глаза, голубые и ясные, как утренний рассвет. Да, эта женщина обладала даром немедленно вызывать симпатию. Но будь он трижды проклят, если поддастся чарующей улыбке, особенно после того как его спровоцировали на это нелепое пари. Интересно, какой реакции ожидал от него Майк? Что он бросится на колени и при первой же встрече сделает ей предложение? Черта с два! В бесшабашной юности он уже совершал подобную ошибку и, безусловно, не собирался больше выступать в роли дурака. Единожды преданный неизлечим — таков был девиз Себастьяна.

— Иден, это Себастьян Сейбер.

К его удивлению, Иден совершенно по-мужски прямо посмотрела ему в глаза и протянула руку.

— Мисс Пембрук, — произнес Майк, слегка наклонив голову, а Иден, встретив немигающий взгляд Сейбера, убрала руку.

— Никогда не видела таких загадочных глаз, как у вас. Понятно, почему молодые леди теряют сознание в вашем присутствии. — Она одарила нового знакомого лукавой улыбкой. — Вы готовы разбить несколько сердец? Моя подруга жаждет познакомиться с вами, Могу я вас представить?

Этот вопрос поставил Себастьяна в тупик. Неужели от него вот так, запросто хотят избавиться, давая понять, что здесь он не представляет интереса? Может быть, это какая-то обманная стратегия?

— Сегодня кузен весь день провел в седле. Прямо-таки не расставаясь со своим жеребцом, — усмехнулся Майк, расставляя ловушку. — Он араб.

— Кто? Вы или ваша лошадь? — пошутила Иден.

— Лошадь, — буркнул Себастьян, коснувшись губами кончиков изящных пальцев.

Иден приподняла бровь, словно забавляясь, и Себастьян почувствовал абсурдное желание покорить эту женщину. Проклятие! Инициатива совершенно вырвалась у него из рук.

— Моему табуну не помешает впрыснуть немного арабской крови, — очаровательно улыбнулась Иден. — Я восхищаюсь силой и выносливостью этой породы. Вашего жеребца можно использовать в качестве производителя? Могу я взглянуть на него?

Никогда еще Сейбер не оказывался в таком глупом положении: общению с ним предпочитали знакомство с его жеребцом!

— Вы не расскажете, как ухаживаете за своими лошадьми? — Иден неожиданно энергично направилась к привязанному поодаль коню.

— А взамен вы, быть может, объясните, как вам удалось отделаться от семи женихов? — Себастьян не понимал, как у него вырвались эти слова. Видимо, это заговорила оскорбленная мужская гордость.

— Значит, Майк успел насплетничать — Она резко остановилась. — Очевидно, он сообщил вам, что я не оправдала его ожиданий и он устал от меня, как и все остальные.

— Вот как? — Взгляд Себастьяна выражал сомнение.

— Да, все семеро, — кивнула она.

— Ну что ж, раз вы так утверждаете… — Он пожал плечами.

— И не вздумайте считать себя обязанным ухаживать за мной. Я знаю, что не отношусь к числу дам, всерьез привлекающих внимание мужчин.

И в этом Себастьян тоже очень сомневался.

— Не мучайтесь: даже изображать вежливый интерес — пустая трата вашего драгоценного времени.

— Как вы меня раскусили! — Уголки его губ дрогнули в усмешке.

— Великолепно. — Иден изучающе вгляделась в его лицо. — В ваших глазах светятся ум и проницательность.

Себастьян начинал понимать, почему поклонники, видимо, надеявшиеся на более лирические отношения с Иден, все же продолжали уважать се. Она обладала сверхъестественной способностью так ловко внушать свои мысли, что мужчина наивно начинал верить, будто сам принял решение. Похоже, Майка Банкрофта и его предшественников просто одурачили. Да, все женихи покидали Иден, твердо веря, что их собственная воля — разумеется, в интересах обеих сторон. Иден же без малейшего колебания милостиво оставалась «брошенной». Но почему?

— Итак, расскажите мне об этом великолепном жеребце. Чувствую, что за ним хорошо ухаживают. Видимо, он — ваша гордость. Какое дополнительное питание вы используете, чтобы поддерживать его в столь превосходной форме?

Прежде чем Себастьян успел сообразить, что происходит, он уже подробнейшим образом объяснял, какое соотношение зерновых необходимо для корма скакуна. Польстив собеседнику и придав ему в собственных глазах веса, Иден задавала невинные вопросы и переводила разговор на интересующую ее тему. Какие, однако, хитрость и коварство! С помощью вежливых, ничего не значащих фраз она вытягивала из человека все необходимые ей сведения, прежде чем он успевал опомниться.

Иден походила вокруг жеребца, что-то ласково приговаривая, а потом, остановившись, провела рукой по крепкому загривку.

— Да, он требует особого ухода, — задумчиво произнесла она, — иначе этот жеребец не сможет покрывать кобыл и выигрывать скачки.

— Разумеется, необходимы постоянные тренировки, — поддержал разговор Себастьян. — Большинство производителей просто пасутся среди рабочих кобыл или лениво стоят в стойлах. — Ему не верилось, что он ведет эту беседу с женщиной, однако с фактами не поспоришь…

Резко тряхнув головой, будто желая отогнать наваждение, Себастьян напугал жеребца, и тот шарахнулся в сторону, но Идем тихо окликнула коня и успокоила его нежным поглаживанием. Себастьян вдруг задумался: каково было бы, если бы эти ласки предназначались ему самому? И тут же устыдил себя за эту реакцию. Черт побери, эта женщина пробудила в нем чувственность! А ведь она не обращала на него ни малейшего внимания, и это должно было оскорблять, а не возбуждать.

— И вправду великолепное животное, — обернулась Иден к Себастьяну. — С удовольствием свела бы его со своими кобылами. — Она все так же лучезарно улыбалась Себастьяну, а он стоял, как проглотивший язык идиот, и не понимал, как ей удалось привести его в такое дурацкое состояние.

Во всяком случае, он не очаровал и не заинтересовал Иден, ее вниманием безраздельно завладел его жеребец! — Вероятно, я воспользуюсь вашей методикой для моих быков, — мечтательно протянула она. — При соответствующем питании я могла бы продлить их продуктивный возраст.

Себастьян неожиданно для себя обнаружил, что торопливо докладывает о том, какое количество кукурузы, ячменя и сорго для этого необходимо, а Иден, как губка, впитывает его советы. Бросив на нее осторожный взгляд, Себастьян еще раз убедился, что она в совершенстве владеет искусством сбора сведений. Да, он не мог придумать ни одной причины, чтобы отказаться поделиться с ней своим опытом.

— Очевидно, вы разводите и крупный рогатый скот, а не только лошадей. — Иден снова обернулась к нему. — Чувствуется, что вы большой специалист. Очень важно рассчитывать только на собственные силы, если мы хотим добиться успеха. Многие годы мы зависели от Англии, и король был бы рад и дальше контролировать нас. Но мы победим, станем свободными и сами добьемся успеха. И тогда наконец с нами все будут считаться. Вы не согласны?