Гусейнова Ольга Вадимовна

Последняя из рода Ша'Ари!

Хочешь обрести свободу и никогда больше не видеть опостылевших родственников? Нелегко, но возможно! Хочешь увидеть другой мир и прокатится на звездолете? Запросто! Даже вашего согласия не потребуется. Просто приходи ночью в южную часть города, за первым же темным углом мы будем ждать тебя. Нравятся татуировки на твоих руках и с детства, мечтаешь обзавестись еще одной? Нет ничего проще! Не очень молодой, но очень интересный Зверь... эм, Мужчина, предлагает познакомиться в романтической обстановке лабиринта. Ты - сладкая, красивая, трепетная, словно цветок и самое удивительное - абсолютно свободная! Я - твердый (в нужных местах), мужественный и собственник. Будь со мной и я покажу тебе звезды, ну и покусаю немножко за ушко. Слегка. Я уверен, тебе понравится!    

 Пролог

   Сумерки накрывали чуть прозрачным пологом древний лес, верхушки деревьев которого устремлялись высоко в небо. Вечерние тени пока еще со страхом выглядывали из-за стволов деревьев и прятались в кустах. Лишь одна тень скользила сквозь напряженную тишину леса, неистово работая мышцами всего тела, рельефно выделяющимися под блестящим, гладким синим мехом. И только на большой лобастой голове и мощной шее мех слегка топорщился от ярости и страха, переполнявших своего обладателя. Когти на синих лапах, вонзаясь в дерн, вырывали его с комьями земли, и животное неслось все дальше и быстрее, а изнутри у него поднимался дикий ужас вкупе с тоскливым воем от понимания, что все равно опоздал. Впервые в жизни он не успел, и ошибка будет стоить жизни. Он не боялся смерти, он испытывал дикий ужас от того, что умереть придется и его семье, а этого не представлял даже в мыслях, а сейчас - это уже реальность.

   Как же он ошибался, что сумеет предвидеть все! Думал, главное - скрыть кто он такой, а оказалось, надо было прятать совсем другое. Если бы знал об этом заранее, отдал бы все, что у него есть, лишь бы исправить свою ошибку, но сердце уже молчало, а это говорило только об одном: "Уже ничего не исправить, остается только отомстить. Пока еще струится горячая кровь по его жилам, он в состоянии это сделать".

   Синий Ша`Ари огромной тенью, наконец, выскользнул на пригорок из леса и горящим ненавистью взглядом окинул местность вокруг. Цветущий сад и тучные поля окружали огромный, богато украшенный и построенный заботливыми руками дом, сейчас объятый огнем, поднимающим к небу тучи горького едкого поминального дыма. Искры рвались на волю, и тонкие язычки пламени уже лизали ближайшие деревья в саду, на которые хозяйка дома потратила столько сил и любви. Ша`Ари смотрел, как гибнет все, что он создавал долгие годы для своих любимых жены и дочери, и его сердце все больше каменело, начиная прощальный отсчет последних ударов. Затем он снова сорвался в бег, стремясь добраться до кучки людей, суетящихся внизу возле горящего дома. Он ошибочно полагал, что успеет найти своим обожаемым малышкам новый дом и перевезти туда, думал, что за неделю его отсутствия никто не решиться напасть на них, но как огромна была его ошибка. И как велика плата за нее.

   Сквозь горящие стволы деревьев, к дому подходил мужчина с синими длинными волосами, рассыпавшимися по спине и горящими ненавистью уже не синими, а фиолетовыми как грозовое небо глазами. Несколько мужчин, суетящихся на небольшом пятачке возле горящего дома, подняв головы и увидев идущего к ним хозяина дома, побледнели и, наставив на него самострелы, нервно поджидали свою последнюю жертву. Впереди восьмерых мужчин выделялись двое главарей. Один из них маг - не из самых сильных - это Ша`Ари знал доподлинно, а второй - щуплый высокий мужчина с презрительной ухмылкой на покрытом оспинами лице, его шурин. Как называлось это родство здесь, на Рокно. Младший брат его жены. Его любимой микши. Его души и сердца! Теперь уже мертвого сердца, потому что ее сердце перестало биться час назад, он точно знал, потому что с дикой болью почувствовал, когда оно остановилось.

  Скользнув взглядом по мужчинам, он наконец увидел ее. Его микши лежала сломанной истерзанной куклой позади своих убийц. К сожалению, она не обладала его неуязвимостью, его мощью и его бессмертием. Она была всего лишь человеком, и это сгубило их обоих. Они вычислили его слабое место и ударили по нему не сомневаясь. Родной младший брат, которого она так любила, убил за деньги, которыми владел Ша`Ари - ее муж и отец их ребенка. Он поднял лицо, застывшее в страшной маске горя, оторвавшись от прекрасных золотых локонов, разметавшихся по обожженной пожаром земле, и глухо спросил, обращаясь к Ниишту.

   - За что ее-то? Неужели я мало тебе давал денег, власти? Она же твоя сестра?

   Ниишту побледнел, сделал шаг назад, вставая чуть позади мага, и выкрикнул визгливым голосом:

   - Меня заставили кредиторы! Я просил у тебя денег, но ты мне отказал. А раньше бросал деньги словно дворовой собаке. А кредиторы угрожают мне и моей семье, так что извини, Ривальс, но своя шкура дороже. Твой адвокат сказал, что после вашей с Ривой смерти все достанется Кнаре, а я как опекун смогу управлять всем ее наследством. Так что радуйся - твой щенок останется живым. Пока она мне нужна, а там жизнь покажет.

   Ша`Ари кинул быстрый взгляд в сторону сада и там на фоне горящих деревьев увидел клетку, в которой сидела маленькая сжавшаяся синеволосая девочка, словно затравленный зверек не спускающая синего заплаканного взгляда со своего отца и убийц матери. Малышке совсем недавно исполнилось восемь, и лишь пару месяцев назад состоялся ее первый оборот под тщательным присмотром счастливого отца, а сейчас весь ее мир рухнул в одночасье, сгорев в пламени чужой алчности и ненависти.

   Ривальс больше не медлил, он не успел спасти свою жену, но плод их любви обязан спасти. Его прыжок был стремительным и неожиданным. Сразу двое мужчин, стоящих ближе всех, расстались со своими головами, дальше он уже не считал, рвал всех направо и налево. Но вдруг его грудь опалила страшная боль и, уже падая навзничь, заметил скулящего от страха Ниишту и мага, стоящего рядом с ним, который быстро шептал смертельное заклинание и, закончив, снова бросил его в Ривальса, окончательно обрывая его жизнь, тем самым оказывая невольную услугу. Со смертью микши, Ша`Ари перестал быть бессмертным и неуязвимым. Мертвое сердце больше не билось, и кровь все медленнее бежала по его жилам, поэтому смертельное заклинание темного мага смогло окончательно убить синеволосого мужчину. Душа убитого Ша`Ари, сделав небольшой тоскливый виток над клеткой, в которой томилась его дочь, устремилась в небеса, где ее ждала половинка - душа его золотоволосой жены Ривы. Теперь они уже вместе будут наблюдать за судьбой их единственного дитя, последней из рода двуликих Ша`Ари.

   Маг и Ниишту, скрипя зубами, побросали все трупы, включая бывшего хозяина и хозяйку, в ревущий огонь пылающего дома, когда-то служившего счастливым семейным очагом, а сейчас превратившегося в общий погребальный костер как для жертв, так и для убийц. А затем оба мужчины подхватили клетку и, закинув ее в карету, поспешили удалиться с места преступления. Ведь в любой момент здесь может объявиться народ и полисмены из республиканской стражи города, расположенного неподалеку. Под покровом ночи карета выехала из леса и, обогнув город по дуге, въехала в него через восточные ворота уже под утро.

   В мрачном доме на Илькин-сурс стояла тишина, нарушаемая тихими судорожными всхлипами осиротевшей девочки и мрачными разгневанными выкриками мага, торговавшегося с владельцем дома и требовавшего увеличить плату за убийство супружеской четы. Наконец, консенсус был достигнут и темный маг, проклиная скупого подельника, стремительно покинул дом, унося с собой проклятые кровавые деньги.

   Часть 1

   Корабль скользил сквозь пустоту и безмолвие космоса, и лишь хищные очертания его темного корпуса изредка поблескивали, отражая свет далеких звезд. В рубке корабля трое мужчин ожесточенно спорили между собой, четвертый - капитан - сидел в своем кресле и задумчиво сверлил взглядом голограмму карты, проецируемую в центре помещения.