— Ну, хорошо, — он встал и расправил ноющие плечи. — На время взрыва все отходят в главный ствол.

5

После того как стихла дрожь последовательных взрывов, Род вернул всех в забой, и около девяти часов они обнаружили тела двоих забойщиков, раздавленных о металл собственных бурильных молотков. В десяти футах от них нашли белого шахтера, тело его было невредимо, но голова расплющена.

В одиннадцать — еще двух забойщиков. Род находился в главном забое, когда их вытаскивали в маленькое отверстие. Они не были похожи на людей, скорее на куски мяса, натертого пылью.

Около полуночи Род и Большой Король снова прошли в забой и принялись работать у стены, спустя двадцать минут через завал они пробрались в небольшое помещение, каким-то чудом оставшееся свободным.

Там стояла страшная жара. Род инстинктивно отшатнулся, когда ему в лицо ударила жгучая вонь. Потом заставил себя подползти и всмотреться в отверстие.

В десяти футах от него лежал Френк Леммер, генеральный управляющий шахты «Сондер Дитч». Лежал он на спине. Шлем перекосился, над глазом глубокий порез. Кровь из пореза текла по серебристым волосам и застыла черными комьями. Он открыл глаза и замигал по-совиному в свете фонаря Рода. Род быстро отвел луч.

— Мистер Леммер, — сказал он.

— Какого дьявола вы тут делаете со спасателями? — проворчал Леммер. — Это не ваша работа. Неужели за двадцать лет работы на шахте ничему не выучились?

— Как вы, сэр?

— Врача сюда, — ответил Леммер. — Придется резать, чтобы высвободить меня из-под камня.

Род подполз к нему и тут увидел, что имел в виду Леммер. От локтя рука была зажата огромным обломком скалы. Род провел рукой по обломку. Только взрыв может сместить его. Как всегда, Френк Леммер оказался прав.

Род подполз к отверстию и крикнул:

— Телефон сюда.

Через несколько минут в его руке была трубка.

— Говорит Айронсайдз. Мне нужен доктор Стендер.

— Ждите.

Через несколько мгновений: «Эй, Род, это Дэн».

— Дэн, мы нашли старика.

— Как он, в сознании?

— Да, но он зажат, придется резать.

— Ты уверен? — спросил Дэн Стендер.

— Конечно, уверен! — выпалил Род.

— Спокойно, парень!

— Прости.

— Что у него зажато?

— Рука. Придется отрезать по локоть.

— Очаровательно! — сказал Дэн.

— Жду тебя здесь.

— Хорошо. Буду через пять минут.

6

— Забавно, много раз видел, как отрезают руку, но всегда считал, что со мной этого случиться не может. — Голос Френка Леммера звучал спокойно и ровно. Рука, должно быть, онемела, думал Род, лежа рядом с ним в забое.

Френк Леммер повернул к нему голову. «Парень, почему ты не занялся фермерством?»

— Вы знаете почему, — ответил Род.

— Да. — Леммер слегка улыбнулся, только дрогнули губы. — Знаешь, мне осталось только три месяца до пенсии. Чуть не добрался. Ты тоже так кончишь, парень, в грязи, с переломанными костями.

— Еще не конец, — сказал Род.

— Неужели? — спросил Леммер и засмеялся. — Неужели?

— О чем шутим? — спросил Дэн Стендер, просовывая голову в помещение.

— Боже, сколько времени потребовалось, чтобы добраться сюда, — проворчал Леммер.

— Помоги, Род. — Дэн просунул свой чемоданчик, затем вполз сам и заговорил с Френком Леммером.

— «Юнион Стил» сегодня шли по 98 центов. Я говорил вам, что нужно покупать.

— Переоценили капитал, — фыркнул Френк Леммер. Дэн лежал на боку в грязи и выкладывал свои инструменты, и они говорили об акциях и ценах. Когда Дэн набрал полный шприц пентатола и сделал укол в руку, Френк Леммер повернул голову к Роду.

— Мы хорошо покопались здесь, Родни, ты и я. Я бы хотел, чтобы шахту отдали тебе, но не отдадут. Ты еще слишком молод. Но приглядывай за тем, кого поставят на мое место, ты знаешь землю, не дай ему все спутать.

Игла вошла в руку.

Дэн порезал руку за четыре с половиной минуты, а двадцать семь минут спустя Френк Леммер умер от шока в Мэри Энн на пути наверх.

7

После выплаты алиментов Пэтти доход Рода не давал возможности для мотовства, но он все же купил большой кремовый мазерати. Хоть это была модель 1967 года и к моменту покупки на ней наездили уже тридцать тысяч миль, все же ежемесячные выплаты отнимали значительную часть зарплаты Рода.

Но в такое утро он считал эту трату оправданной. Он выбрался из хребта Краалкоп, и, когда национальная дорога выпрямилась и устремилась прямо к Йоханнесбургу, он позволил мазерати показать свои способности. Машина, казалось, прижалась к земле, как бегущий лев, звуки выхлопов изменились, стали глубже, тревожнее.

Обычно дорога от «Сондер Дитч» до Йоханнесбурга занимала час, но Род мог сократить это время на двадцать минут.

Субботнее утро, настроение у Рода легкое, полное надежд.

С развода Род жил жизнью Джекила и Хайда. Пять дней в неделю он был человеком компании, представителем высшего управленческого персонала, но на два дня обязательно уезжал в Йоханнесбург с клюшкой для гольфа в багажнике мазерати, с ключами роскошной квартиры на Хиллброу в кармане, с усмешкой на губах.

Сегодня предчувствие было острее обычного: помимо двадцатидвухлетней блондинки, согласившейся посвятить весь вечер Родни Айронсайдзу, его ждало загадочное приглашение доктора Манфреда Стайнера.

Приглашение доставила безымянная женщина, назвавшая себя секретарем доктора Стайнера. Оно пришло через день после похорон Френка Леммера, встреча назначалась на одиннадцать часов утра в субботу.

Род никогда не встречался с Манфредом Стайнером, но, конечно, слышал о нем. Всякий работавший в одной из пятидесяти или шестидесяти компаний, образовавших Центральное Объединение Ранд — ЦОР, должен был слышать о докторе Манфреде Стайнере, а «Сондер Дитч» входит в это объединение.

Манфред Стайнер получил диплом бакалавра по экономике в Берлинском университете, диплом доктора по менеджменту — в Корнельском университете. В возрасте тридцати лет двенадцать лет назад он начал работать в ЦОР и теперь был его главным администратором. Харри Хиршфилд не будет жить вечно, хотя он собирается это делать, а когда он отправится принимать руководство Аидом, все знали, что пост председателя ЦОР унаследует Манфред Стайнер.

Председательство в ЦОР — завидный пост, его обладатель автоматически становится одним из пяти наиболее могущественных людей в Южной Африке, включая глав государств.

Подобное мнение о докторе Стайнере было основано на разумных причинах. У него мозг, который принес ему прозвище «Компьютер»; до сих пор никто не отметил в нем ни следа человеческих слабостей; к тому же десять лет назад ему удалось перехватить единственную внучку Харри Хиршфилда, только что окончившую Кейптаунский университет, и жениться на ней.

Доктор Стайнер — очень важная персона, и Род был заинтригован предстоящей встречей с ним.

Мазерати делал 125 миль в час, когда проходил по путепроводу над собственностью золотодобывающей компании «Клуф».

— Йоханнесбург, я иду к тебе! — вслух рассмеялся Род.

Без десяти одиннадцать Род увидел медную табличку с надписью «Др.М.К. Стайнер» в уединенном переулке роскошного йоханнесбургского пригорода Сандаун. Дом с дороги не виден, и Род осторожно провел мазерати в высокие белые ворота с их имитацией фронтонов африкаанс.

Он решил, что ворота — пример прекрасного вкуса, но сад за ними оказался подлинным раем. Камни Род знал, но цветы были его слабым местом. Длинные ряды красно-желтых цветов он узнал — пушница, но названий других представителей этой невероятной, роскошной красоты он не мог назвать.

— Да! — пробормотал он в благоговении. — Кое-кто тут немало поработал.

За поворотом щебеночной дороги дом. Тоже в стиле африкаанс, и Род простил доктору Стайнеру его ворота.